Квента «Один из леса»

Тема в разделе "Квенты", создана пользователем osce, 5 дек 2020.

  1. osce

    osce Active Member

    5
    156
    28
    Глава 1
    Лесная, зелёная и, с виду, мирная глушь. Могучие деревья плотно прилегали друг к другу, заросшие мхом, они как стражи хранили мир и стабильность, защищая священное место от ужасов внешнего мира. Их громадные оголённые корни крепко вцепились в свежую, от утреннего дождя, землю. Их древние стволы, сложно изгибаясь, распространились во все стороны от общего. Чистый и прохладный ветерок заигрывал с верхушками деревьев, проходя сквозь капли воды, разносил их в разные стороны. Через лесную чащу проходили многочисленные тропы и пути, которые использовались достаточно часто, чтобы не дать им зарасти. С севера же лес граничит с выжженной пустошью, образовавшейся в результате использования иноземных орудий. Откуда вместе с ветрами приходила и химическая пыль, от чего часть деревьев в этом месте со временем сгнила и попросту повалилась на землю, образовав пустое поле вместе с торчащими из земли полуразложившимися пнями.

    Посреди густолесья расположился настоящий исполин - громадное дерево, метящее своими стволами во все возможные стороны. В тени его листьев расположился скрытый под густым покровом леса лагерь. Он представлял собой территорию близ дерева, обнесённую массивным забором. Около шести сторожевых вышек по краям, укреплённых железными листами. Множественные одноэтажные здания, сделанные из подручных ресурсов, крыша которых покрыта камуфляжной сеткой. В окне одного из неприметных домов горел тусклый желтоватый свет. Внутри за старым обшарпанным столом сидел величавый мужчина, активно записывающий что-то в громадном журнале, и то и дело поглядывающий на наручные часы. Из тяжелой входной двери послышался осторожный стук, сидящий немедля встал, застегнув наплечную кобуру, тот быстро накинул на себя кожаную косуху. Открыв дверь, ему предстал уже знакомый гладко выбритый парень, в почти идентичной одежде.

    – Офицер, генерал созвал всех на собрание, мне поручили сопроводить Вас. И-и.. Вы не забыли про наше сегодняшнее мероприятие? Надеюсь всё будет хорошо. – довольно возбужденно проговорил Парниша.

    – Нет. Не забыл, Клауc. Подожди секунду и отправляемся. – Спустя нескольких минут сборов оба офицера отчалили. Взору открылась пустая улица по которой лишь изредка проходили малочисленные патрули местной армии. Расположение всех конструкций было выполнено с умом, с вышек видны все подступы к лагерю, здания размещены так, чтобы образовывать импровизированные улицы, выделено место под сельское хозяйство, бараки для бесплатных рабочих строго огорожены высоким забором из колючей проволоки. По мере приближения из-за маленьких самодельных домиков показалось отличающееся центральное сооружение которое явно находилось здесь задолго до всего этого - двухэтажное довоенное здание с наглухо заколоченными окнами, над которым веет черный флаг с белым символом: вертикально перекрещенный круг. Перед ним располагался своеобразный плац, оборудованный из старой площадки, покрытой замшелым асфальтом. На постах то и дело дежурили солдаты с винтовками, одетые в одном военном стиле.

    Из установленных мегафонов послышался неприятный слуху раскатистый гудок.
    Все засуетились, некогда пустынные улицы стали наполняться ровными рядами солдат. Пара минут – и подразделения напевая каденс, отправились на утреннюю пробежку и другие упражнения в лес. Рабочие же приступили к очередной изнурительной работе, гонимые надзирателями. Немногие из них, кому выпала возможность, попадали на звание рядового. Обычно это случалось крайне редко. Пищу выделяли как можно мало, соответственно – энергии хватает только на работу, не говоря уже о попытке побега или сдачи нормативов в армию. Хоть шанс сдать их справедливо выпадал каждому из мужчин.

    Спустя около получаса зал собраний оказался полон офицерами. Представлял он из себя небольшое прямоугольное помещение с громоздким овальным столом, вокруг которого восседали различные армейские чины, облаченные в кожаные доспехи, с разного рода дополнениями в виде портупеи, поясов и подсумков. Среди всех был примечателен статный мужчина в центре, одетый в старую армейскую форму с беретом, на котором красовалась самодельная, но чётко выполненная нашивка в виде белого кельтского креста на черном фоне. На груди шеврон с темными, аккуратно вышитыми буквами „WOLF”. Холодно проговаривая свою речь, он то и дело постукивал пальцами по деревянному столу, создавая небольшое напряжение в комнате.

    – За последнюю неделю, силы Альянса полностью уничтожили наши основные форпосты в Граднице. Мы более не имеем контроля нигде кроме города Кламат в десяти километрах отсюда. И то – мы постепенно ослабляем хватку и там, всё больше случаев того, как грязные бандиты убивают и грабят местных жителей с которыми у нас договор. Сегодня, по запланированному плану, отряд офицера Хауслера отправляется в Кламат, дабы высечь отбросов и показать, где их место. – генерал-государь остановил свой взгляд на том самом офицере, чуть задержавшись, он переносит свой взгляд на других, медленно осматривая каждого, будто пытаясь выявить кого-то. – Также я подозреваю что в нашей объединённой армии объявился предатель, выдающий информацию инопланетной мрази. Я клянусь, что виновник обнаружится и ответит за всё. А пока, держите уши востро.

    Пока главнокомандующий Вольф продолжал своё выступление, Хауслер погрузился в мысли.
    "Ведь если кто-то продаёт информацию, значит есть шанс что и основная база скоро окажется известна Альянсу… или уже известна…"
    Офицер пытался не думать об этом, ведь отсюда отступать некуда. Альянс способен одним ударом уничтожить всю объединённую армию, лишь дай координаты этого места и они пошлют сюда своих боевых дьяволов либо попросту уничтожат всю округу с воздуха. Всё это время армия успешно вела партизанскую войну с Альянсом. Жёсткий полу-феодальный строй давал свои плоды. Но такая радикальная организация под боком не нравилась сопротивлению, они представляли объединённую армию как работорговцев и бандитов, генерал Вольф же считал что сопротивление слишком мягко распоряжается ресурсами, от чего те не могут эффективно воевать против инопланетных оккупантов. По его логике люди всего лишь инструмент, необходимый для достижения великой цели - спасение человечества от неминуемой гибели. Такое противоречие взглядов значительно повлияло на взаимоотношение обеих сторон: многочисленные стычки и даже полноценные боевые столкновения. Человечество даже с таким грозным общим противником не могло прийти к согласию.

    Хауслеру невольно вспомнилась фраза отца: “Готовиться нужно всегда к худшему, а надеяться на лучшее”. Отец действительно придерживался этой догме всю жизнь, у сына он воспитал не слабый характер. Когда Хендрика Хауслера насильно обратили в рекруты объединённой армии, он понял, что армия - это его шанс добиться нормальных условий для жизни. Ведь до этого, он просто бесцельно скитался по руинам старого мира, мучаясь от голода, болезней, и наконец от кровожадных банд. Благодаря воспитанию отца и собственной инициативе, Хауслер смог дослужиться до звания Офицера. Но не без потерь. За это время, командование изрядно поиздевалось над ним, забрасывая его и других неудачников в жестокие бои c армией сопротивления, бандами и альянсом. Хоть он и не был серьезно ранен, это отразилось на его психике. Пару раз он пытался покончить с собой. Ночные кошмары сопровождали его сон на протяжении последних двух лет, где ему представали разорванные трупы давних друзей, их обезображенные физиономии, уничтоженные пулями автоматов и осколками гранат. Хауслер хорошо постарался, что-бы скрыть свое психическое состояние. Такие солдаты армии не нужны.

    На плече почувствовалась чужая рука. Обернувшись, Хауслер увидел знакомое лицо - Офицер Клаус.
    – Отделение готово, Сэр. Можем выступать.
    Хауслер огляделся вокруг – зал собраний оказался совершенно пуст. Кивнув Клаусу, те спешно покинули здание.

    Глава 2
    Отряд колонной проходил сквозь лес. Временами путь освещали лучи осеннего солнца, через которые переступали солдаты. Хауслер каждый раз не мог привыкнуть к лесу. От вездесущего мха казалось, что тут стоит зелёная дымка, обвивающая своей магией отряд.
    Всего группа состояла из семерых солдат, уже прошедших боевое крещение. Первыми в колонне шли двое вооруженных парней, Кругов был относительно худощав, Пешт же наоборот чуть ли не в два раза превосходил в габаритах первого. Следующие три – Гранит, Шкипер и Рафтерман. Гранит владел почти что раритетным американским пулемётом М60, можно сказать, его внешний вид соответствовал его оружию: Коренастый широкоплечий мужчина в одной военной жилетке с патронташем наперевес. Шкипер – низкорослый щетинистый дядя, вооруженный АКМ российского производства и знающий о войне больше, чем Клаус и Хауслер вместе взятые. Последним из них, прямо перед двумя офицерами, шёл Рафтерман, молодой чернокожий парень с немецкой винтовкой Маузер-98-Курц.

    – Наконец нас вывели на патруль. Знаешь, как я соскучился по моей крупнокалиберной Лизе? Лиза жаждет крови! Лиза хочет убивать бандитских сосунков! – Гранит навёл пулемёт на Рафтермана и проимитировал пару выстрелов.

    – Животное. Ты что забыл, что нас учили не наставлять оружие на человека? – Рафтерман оглянулся на двух офицеров, идущих в около пяти метрах сзади – Тебе повезло что они не видели.

    – А кто сказал, что я направляю оружие на человека? – тот осклабился от своей остроумности – Всех вас ёбанных нигрил нужно повесить нахуй.

    – А за что это? Это Вы сотни лет держали их в рабстве. Да и что это за имя дебильное... "Лиза". Ты то, надеюсь, не дрочишь на этот пулемёт по ночам? – Спереди усмехнулся Шкипер, демонстративно подмигивая Рафтерману.

    – Я тебе щас дам... – Гранит сделал угрожающий жест кулаком. – Ты тут ахуенный вояка? Конфуций? Или как там этого пидора узкоглазого...

    – Сунь-Цзы. Китайский военный теоретик Сунь-Цзы. Макака безграмотная. Чем ты вообще отличаешься от черножопых?

    – Да мне похуй, хоть сунь-хуй-врот. Если ты такой невъебенный, чего тогда еще не офицер, как этот юнец Клаус?

    – Похоже, что тупо не понравился Колонелю. Да мне это и не надо. Жить долго не собираюсь, слишком много говна сожрал за жизнь.

    – Рафтерман! Гранит! Шкипер! Отставить! – сзади послышался басистый офицерский голос.
    Все трое синхронно повернули голову назад и быстро вернулись в исходное положение.

    – Это Следопыт. Мы на подходе, всё чисто. – послышалось из рации.

    – Следопыт, тебя понял. Занять позиции и ожидать. – ответил Клаус. Его голос продублировался и у Хауслера.

    – Клаус. Который раз мы повторяем это? Сотый? – глядя на марширующих солдат, проговорил Хауслер. – Очень много смысла от разведки в этом лесу. За несколько лет тут встретилась всего одна группа бродяг.

    – А если действительно кто-то будет, Офицер? Кстати.. Что с теми бродягами решили?

    – Не отпустили же. Забрали. Кого работать, кого на службу. Просто так пускать нельзя, повышенная секретность. Хочешь повторить судьбу Градницы?

    Клаус неслышно фыркнул и вернул взгляд на дорогу, погрузившись в свои уютные мысли. Спустя время он снова оживился.

    — Расскажете про этот Кламат? Думаю мне нужно знать про это место более подробнее, чем говорят в казармах.

    Хауслер тяжко выдохнул и усталыми глазами глянул на Клауса. — Ну-у, в казармах не мало полезной информации можно выслушать. Главное, кто рассказывает. Между бывалым солдатом и новобранцем огромная разница, если ты не заметил. А так... Кламат это типичный провинциальный городок, если тебе есть с чем сравнить. Альянс проутюжил центр бомбами, даже не удосужился сместить здешнюю власть с помощью своих боевых машин. Но это и не нужно было. После воздушной бомбардировки город быстро охватила анархия и хаос. Центральные районы уничтожены, теперь это сплошные руины. В сравнительно целом пригороде всё стабилизировалось лишь, когда объединённая армия сделала местных своими "данниками" в обмен на защиту, невольно забирая подходящих мужчин для службы и работы. Конечно: никакой дурак не согласится бесплатно работать, тем более в дали от дома и родных.

    — Вы должно быть раньше жили в этих местах? — Клаус переглядывался с глаз офицера на дорогу. Лес уже совсем поредел, а вдали показался тот самый Кламат.

    Офицер кивнул и поспешил вперед, обгоняя и меняя формацию солдат.

    Спустя еще получаса ходьбы, отряд разбил лагерь на окраине города. Заняв лежачую позицию на холме неподалёку, Хауслер взглянул в окуляры бинокля. Его взор пал на разбитую главную улицу, проведя биноклем по ней – он остановился на небольшом трёхэтажном здании с разрушенной крышей. Над входом весела небольшая неоновая вывеска, чуть приглядевшись, Хауслер узрел какие-то неясные силуэты внутри и один снаружи. Офицер подозвал рядом стоящего Клауса, протягивая ему бинокль.

    – Что скажешь? – Хауслер вытянул ладонь, вертикально подняв указательный палец, он свёл его с тем самым баром.

    Сверившись с пальцем, Клаус начал пристально наблюдать в бинокль, после достал небольшой блокнот для заметок, полистав тот, что-то вычитал.

    – Это бар в котором, по информации от местных, головорезы бухают. Малочисленны, вооружены чем попало. Неплохо бы выбить их оттуда, Сэр.

    – Ими и займёмся сегодня. Поднимай всех, идём в город. – После приказа Хауслера, Клаус немедленно отправился вниз по склону, попутно отдавая приказы дежурящим солдатам. Сам офицер провёл еще несколько минут на холме, связываясь с базой, а после и сам потопал к остальным.

    – Офицер Клаус наверняка Вас оповестил о том, что сегодня будет. Долго задерживаться не будем, по возможности уничтожим всех, кто находится в том баре, как минимум – спугнём и дадим знать, что объединённая армия не забыла про Кламат. – собравшиеся вокруг бойцы переглянулись. – Кругов, Пешт и Шкипер идут по левому флангу, остальные по-правому. Бьем одновременно, они врядли окажутся серьёзным противником для “Мастеров Выживания”, ведь так?

    – С виду всё легко. Надеюсь, так и будет во время самого действа. – скрестив руки на своем АК, проговорил Пешт, смотря то на Офицеров, то куда-то в сторону главной улицы.

    – Для “Мастеров Выживания” хоть сверхчеловеческий отдел. – произнёс Гранит, злобно рассмеявшись. – Всех перестреляем.

    – Не стоит расслабляться, Гранит. Может произойти что угодно, так что будем на чеку. – пробормотал Рафтерман.

    – Вот вы развели тут. Там всего-то пара бомжей, даже не факт что с оружием посерьёзнее, чем чертов пистолет. Замочим там всех нахуй и даже не почувствуем. – Шкипер взял оружие поудобнее, – А ты, Гранит, будешь таким самоуверенным - захуярят первым.

    Глубоко выдохнув, Хауслер стягивает со спины потёртый АКМ, сняв тот с предохранителя, говорит:
    – В любом случае делаем всё быстро, дабы не навести лишнего шума и не навлечь неприятностей. Местность мне не особо известна, а тут они как рыба в воде. А теперь, сворачивайтесь и в дорогу.

    Глава 3
    Отряд шел вдоль стены на соседней от бара улице. Часть отряда же заняла позицию на противоположной, тем самым замыкая кольцо и окружая бандитов. Аккуратно проходя через заросший тротуар, им встречались многочисленные магазинчики, витрины которых напрочь отсутствовали, оставив после себя лишь сыпь из осколков стекла на полу. Внутри большинства помещений было совершенно нечем поживиться, всё ценное давно разворовали, а что не смогли унести - сожгли или попросту разломали. По пути то и дело встречался различный хлам: старая разбитая мебель, куски железной арматуры, сгоревшая техника. Всё это вызывало приятную, и одновременно ужасающую ностальгию по старому времени. В квартале отсюда по правой стороне располагалась полуразрушенная семиэтажка советского типа, временами в её мрачных отверстиях для окон мелькали темные силуэты.

    Проходя через очередную лавку, Гранит механически водил взглядом по комнатам, ожидая увидеть очередное ничего он увидел тело с наплечной сумкой, рыскающее по пустующим шкафчикам. Мужчина с пулемётом моментально поднял дуло на фигуру, остановив шаг, дабы не хрустеть разбитым на полу стеклом. Рукой подозвав отряд, Гранит щелкнул флажком предохранителя и негромко скомандовал:

    – Стоять. Руки вверх.

    Фигура прекратила судорожно рыскать по шкафам и резко остепенилась. Медленно повернувшись левым боком к Граниту, стало ясно, что фигура это никто иной как молодая рыжая девушка, местами поседевшая, одетая в длинный плащ и скомканную наплечную сумку. Подняв над головой оголившиеся от рукавов ручонки, девушка глупо уставилась. Пулемётчик приспустил оружие, вглядом обыскав девчонку, проговорил:

    – А теперь, медленно иди на меня, и не вздумай опускать руки, красотка. А-то засажу промеж глаз.
    Девица заметно дрожа потопала к выходу, перешагивая через порог, она оглянулась на поджидающего её Офицера Хауслера. Скрипя кожаной бронёй, тот медленно прошёлся вокруг неё, осматривая с головы до ног. Заглянув в наплечную сумку, тот ничего не обнаружил кроме кусочка плесневелого батона и пластиковой бутылочки с неясным бежевато-мутным содержимым.
    – Это всё? Это всё что есть? – будто насмехаясь, произнес Хауслер.

    Девушка молча кивнула, не осмеливаясь взглянуть в лицо Офицеру в патрульной косухе.

    – Даю минуту что бы убраться отсюда. Живо.

    – Подождите, командир, но также нельзя. Вы ведь видели её запасы, она с таким и пары дней не протянет. – держа в руке винтовку, проговорил Рафтерман, наблюдающий за обыском сзади.

    – И что ты предлагаешь? Сыграть героя и отдать часть итак скромных запасов первому встречному бродяге? Ты случайно не забыл что мы солдаты? – чуть вытянув голову медленно проговорил Хауслер. – Действуй. Но знай, что это скажется на твоей дальнейшей службе.

    – Больно нужна мне твоя служба, ублюдок... – тихо пробурчал чернокожий. Порыскав в своем рюкзаке, тот достал небольшой пакет с аккуратно нарезанным треугольниками хлебом, кладет его в раскрытую сумку девушки. Замешкавшись девица подтянулась к уху мужчины и жалобно прошептала: "Спасибо". Закрыв наплечную сумку, та поспешила удалиться за ближайшим углом, взглянув последний раз на Рафтермана глазами полными благодарности и радости. Из рации на поясе Хауслера послышался обрывистый и тяжело различимый голос Шкипера.

    – Командир, Вы скоро? Похоже они собираются уходить, четыре человека вышли прямо перед входом и что-то обсуждают, внутри еще двое.

    Покорчив лицо, Хауслер взялся за рацию начиная вещание – Ждите нас, мы близко. В бой не вступать, когда подойдём - ожидайте. Стреляем по сигналу.

    Наконец четвёрка вышли на улицу с баром. Взору открылось то самое здание с неоновой вывеской. Перед дверным проёмом столпилась группа людей, одетых в тряпьё и держащих в руках старые охотничьи одностволки. На противоположной стороне улицы, на углу затаился остальной отряд. Опираясь о красную кирпичную стену, Хауслер приподнял левую руку над головой и провёл несколько раз пальцем по кругу, мол “На позиции”, Шкипер же ответил тому жестом обозначающим о готовности.
    Заняв позицию у торца двухэтажного дома, отряд приготовился к стрельбе. Гранит занял место у угла, расставив сошки пулемёта на расколотом асфальте. Прямо над ним аккуратно расположился Клаус, держащий автомат на изготовке.

    – Огонь-Огонь!

    Оружие застрекотало. Солдаты принялись яростно осыпать патронами бар. Музыкальное представление поддержал и второй отряд. Спустя пару секунд бар накрыли клубы пыли, активно извивающиеся от летящих в них пуль. Из тумана выбежало тело пытающееся что-то тщетно горланить. Хауслер быстро спохватился и навел огонь прямо на бедолагу, получив свою порцию, тот кубарем полетел на землю, извиваясь в предсмертной агонии.

    – Прекратить огонь! Прекратить! – из общей какофонии выбились крики Хауслера, взявшись руками за шиворот Гранита, тот попытался его оттащить. – Гранит, прекрати огонь, ёб твою мать!

    Оторвав палец со спускового крючка Гранит уставился на быстро исчезающую пыль. Из пыли постепенно прорисовались четыре трупа и засеянная пулями парадная часть дома.

    – Готовы ублюдки! – прокричал Офицер Хауслер, глядя на проделанную работу. Собравшись, отряд в полном составе выдвинулся к злосчастному бару. Теперь он больше похож на решето, чем на дом, в котором буквально минуту назад отдыхали люди. От ранее горевшей приветливой вывески остались лишь пару обломков, расстрелянное широченное окно, через которое виднеется внутренний погром. Подойдя совсем близко, солдаты лицезрели последствия. В лужице алой крови распластались три изорванных кровавых трупа и один неподалёку.

    – Кругов, обыщи их. Винтовки собери. Отряд, прочёсываем дом. – держа вход в помещение на прицеле, скомандовал Хауслер.

    Молча приняв приказ, отряд выдвинулся в бар оборудованный из бывшего магазина. Клаус наставил дуло на проем и аккуратно оглядел происходящее внутри. Перед входом валялся еще один окровавленный труп, с барной стойки и до лестницы шел кровавый след, размазанный по полу. Отправив Пешта и Шкипера проверять подсобное помещение, Клаус, Гранит и Рафтерман отправились вверх по лестнице звеня подсумками, старательно осматривая каждый уголок и пытаясь не поскользнуться на обильно вытекшей чужой крови. На втором этаже располагался давно разграбленный зал. Кровь шла от лестницы к одинокой двери в уборную. Все трое быстро заняли места по бокам от двери, отсчитав пальцами три секунды, размахнувшись Клаус ударил ботинком по чуть приоткрытой двери, вместе с Гранитом и Рафтерманом войдя внутрь, он увидел относительно большую сортирную. Облокотившись о ванную лежал молодой парень с раной в груди и еще нескольких местах. Тот негромко хрепел и стонал, разинув рот. Не обнаружив угрозы, солдаты собрались вокруг лежачего.

    – Допрыгался, кролик. – усмехаясь, сказал Гранит. Подойдя к двери, тот громко произнёс – У нас еще есть! Живой! Зовите Хауслера.

    Мужчина начал что-то тихо бормотать. Хафтерман отложив винтовку и присел рядом, вслушиваясь в слова.

    – Что он говорит? – спросил Клаус, глядя то на кровавую одежду парниши то на напарника.

    – Он молится. – холодно ответил чернокожий. Положив руку на бедро юноши, взглянул на его корчащееся лицо.

    Тем временем в комнату вошел Офицер Хауслер. Спешно оценил ситуацию, глядя на сидящего Хафтермана сказал – Ладно. А теперь смываемся, пока на стрельбу кто-нибудь не припёрся.

    – Нельзя его просто так оставлять. – прервал говор Офицера Хафтерман. – залатаем его и отведем на базу.

    – Придурок. Ему не помочь. И отвезти никак, он уже почти дохлый. А еще напомню: неподчинение приказу - смертная казнь. – отрезал Хауслер.

    Прокашлявшись кровавыми ошмётками парень тяжело выдавил – Добейте меня.. Добейте меня.. Добейте..

    – Хм-мх.. Хочешь пристрелить его? Давай, стреляй. Ну-у?

    Замешкавшись, Хафтерман медленно поднялся с кафельного пола. Достав из кобуры магнум калибра 357, он навел его на раненого. Положив палец на стальной крючок, он то прижимал, то отдалял палец, не решаясь выстрелить. Непростое чувство. В обычном бою солдаты стреляют по позициям врага, не особо заморачиваясь попали ли они в цель или нет. Они просто стреляют, не думая. После боя уже неясно кто кого убил, поэтому Хафтерман никогда не брал на себя титул "Убийцы". Но теперь настал момент когда жертва в метре от тебя и вгонит в гроб его ни кто то другой, а именно ты. Не на кого больше свалить убийство другого человека. "Застрели..." хрипя прошептал Парниша. Хлопок. Сероватые кусочки, осколки черепа и кровь разлетелись по всей комнате, заставляя сморщиться даже Шкипера.

    – Нормально ему ебало разнесло, ха. – глупо улыбаясь, протер лицо Гранит.

    Стоя в дверях, Шкипер с ухмылкой глядел на пробитую голову трупа – Хорошо поиграли, братья. Жаль всё кончилось так быстро. – тот истерически захохотал, пытаясь прикрыть рот перчаткой.

    Глава 4
    С улицы послышался одиночный выстрел и последующий истошный крик. Отряд быстро рассыпался по позициям, Гранит с Рафтерманом же направились к выходу на первом этаже. На улице среди трупов лежал Кругов, он стонал и матерился от боли, зажимая рукой огнестрельную рану на бедре. Оценив ситуацию, Гранит присел на корточки и начал аккуратно подзывать раненого напарника.

    – Кругов! Где снайпер, Круг? Где снайпер? – несколько раз повторил мужчина, чуток высунувшись из-за дверного проема.

    Тяжело дыша, тот медленно поднял окровавленную кисть и указал в сторону. Гранит еще дальше высунул голову, но почти точный винтовочный выстрел, пронесшийся в десяти сантиметрах от уха, загнал того обратно.

    – Вот сука, жмут чурки.. – тщетно пытаясь разглядеть что-то на улице, развернулся в сторону лестницы и крикнул – Хауслер! Гляньте что там из окон видно, меня прижали!

    Переместившись с остальными ближе к проемам в стене, Хауслер приподнялся пытаясь разглядеть вероятного противника на улице. Тот едва успел увидеть пару неясных тел как снайперская пуля пробила деревянную оконную раму над его головой, заставляя того плюхнуться обратно вниз.

    – Блять.. Не успели. – еще раз шустро проверил оружие, оглядывая своих солдат приказал – Внимание! Огонь по левому флангу! Давай-давай! – Сразу после он резко высунулся и начал беспорядочно поливать всё живое на улице пулями, остальные шестеро последовали его примеру. Вдоль стен левых домов шел почти в два раза превосходящий по численности отряд. Экипированный самое разное обмундирование, от рваных обносков до ничуть не уступающим экипировке отделения Хауслера. Мозолистые руки инстинктивно свели прицел с толпой, а палец зажал спусковой крючок. Шквальный огонь заставил противника немедленно разбежаться по укрытиям, оставив на прежнем месте лишь пару бедняг, уже испускающих дух от сквозных ранений. Завязалась беспорядочная перестрелка потихоньку превращающаяся в жаркий бой. Расстреляв патроны, Шкипер сел на колени, судорожно доставая новый рожок и попутно приговаривая:

    – Пиздец, встряли.. Если бы не этот негр, мы бы спокойно утопали отсюда нахуй. Но нет..

    – Не дрейфь. Прорвемся. – Хауслер, пригибаясь от вражеских очередей, выдавал в ответ свою. Скрипучие деревянные половицы наполнялись осколками кирпичей и гильз, а в ноздри билась неприятная пыль. Беспрерывно бившие боевики не давали покоя ни на минуту. Как определил Хауслер, у них был как минимум один пулеметчик, пара автоматов и винтовки. "Охотник становится жертвой" усмехаясь, подумал тот.

    – Командир! Нужно забрать Кругова, он ведь сдохнет там! – прокричал Пешт, прижимаясь к стене на другом конце зала.

    – И как ты его предлагаешь достать, умник? Кинуть дымовую? Они только и ждут шанса подойти и тогда нам всем настанет пиздец. Считай, что Кругова мы потеряли. – не задерживаясь взглядом на разочарованном бойце, Хауслер пригнувшись поплелся на первый этаж. Выйдя на лестницу, он лицезрел держащего оборону Гранита, что странно, одного. Спрыгнув со ступенек вниз, тот рухнул к окну и мельком глянул на ситуацию снаружи.

    – Гранит, почему ты один? Где Рафтерман?

    – Он в подсобке, командир. Сказал, что хочет найти точку получше.

    – Вот сучёнок... – шепнул Офицер, подтянув автомат поближе к груди, направился к той самой двери в подсобное помещение. Тихонько приоткрыв её, он вошел внутрь. Внутри оказалось темно, по центру находились два ряда пустующих стеллажей, заняв позицию у одного из них, Хауслер прислушался. В дальнем углу слышалось как кто-то активно копошится, было очевидно кто. Оглядев путь до туда, Хауслер чуть поскрипывая, пошел вдоль одного из стеллажей, стараясь не задеть лежащий на полу мусор и не создавать лишнего шума. Звук становился всё четче и четче, пока наконец Офицер не вышел на его источник. Черная фигура в военном камуфляже, активно дрыгающая ногами, пытаясь проскользнуть через маленькое окошко на улицу.

    – Рафтерман, стой! – крикнул Хауслер, пытаясь схватить того за ботинок, но тщетно. Парень кубарем полетел вниз, крепко держа в руках винтовку.

    – Стой, сука! – Офицер схватился за автомат, наведя его на удирающего парня сделал два выстрела. Один со свистом пролетел около ног, второй же попал в бедро, заставив того полететь на бетонный пол и завыть. Выдержав небольшую паузу, Хауслер выпустил очередь в Рафтермана. Офицер еще пару секунд держал бывшего напарника на мушке, а после оглянулся по сторонам, тяжело дыша. К нему стали подступать скверные мысли, пытающиеся заставить Хауслера прогнуться и почувствовать вину и жалость. Всё это он парировал тем, что Хафтерман был дезертиром и предателем. В Объединённой армии это тяжкое преступление, которое в большинстве случаев приводило к высшей мере наказания. Офицер не раз пытался понять мир Хафтермана, но всякий раз это приводило к конфронтации их убеждений. Возможно, Хауслер был бы даже рад такому исходу, если бы не ситуация, в которую угодило его отделение.

    Наконец свесив автомат, Хауслер медленно пошел к выходу. Хлипкие доски скрипели под твердой подошвой сапог, а с улицы всё еще доносились чуть приглушенные выстрелы. Выйдя из подсобной, Хауслер моментально пригнулся, оглядывая Гранита.

    – Командир, а Рафтерман? – недоумевающе спросил Гранит.

    – Рафтермана больше нет. Они пристрелили его, Гранит. Я нашел его уже мёртвым, труп вытащил за дом.

    Гранит встрепенулся. Из окна выглянул один из отбросов, коротко замахнувшись, он кинул горящую бутылку внутрь. Хауслер спохватился и выпустил очередь в парня, но только повернув голову он увидел горящего Гранита, катающегося по полу и вопящего, что есть сил. Офицер принялся интенсивно тушить бойца. Постепенно огонь отступил. От края штанин остались обрывки, оголяющие темно-красную, почти что черную кожу, покрытую волдырями. Взявшись обеими руками за обожжённые голени, Хауслер попытался оттащить орущего Гранита. Но как только он попытался это сделать, обугленная кожа отошла вместе с его пальцами, обнажая часть большеберцовой кости, принося Граниту адскую боль. Хауслер вскрикнул и отступил назад, пытаясь сбросить с пальцев прилипшие клочки кожи.

    Бар стали обстреливать "На подавление", не давая высунуться из-за укрытий. Бандиты стали стремительно подступать. Подозвав Шкипера, они вместе перетащили Гранита на второй этаж. Хауслер залёг у лестницы и стал ожидать гостей из-за дверного проема. Внезапно послышался резкий звук. На улице, сразу у входа зашумели сапоги. Из-за угла вылетели двое парней, прыгнув, валясь на пол, перекатываясь и вскакивая. Хауслер выдавил очередь. Один упал моментально, второй схватился за булькающее горло, но вскоре и он оказался мёртв. Поменявшись позициями, Хауслер подошел к оставшимся солдатам. Отправив Пешта к Шкиперу, в зале остались лишь Клаус и Хауслер.

    – Мы не выберемся отсюда... мы покойники, они нас всех выпотрошат... – в пол голоса бормотал Клаус, зажавшись в углу и поджав колени к себе.

    – Отставить, Офицер. Им не нужны лишние потери, они скоро отступят. – не веря своим же словам, вымолвил Хауслер. Клаус будто и не услышал его.

    С первого этажа послышались выстрелы и последующие за ними вопли. Клаус резко вскочил и всадил оставшуюся часть магазина автомата наружу. Еще пару раз нажав на курок, Клаус в последний раз взглянул на Офицера. Снайперская пуля скоро пробила грудь Клауса, от чего тот упал замертво. Ноги покосились. Всхлипнув, Хауслер крепко прижал голову напарника к себе, трогая прилипшие к лицу от пота и крови волосы. С лестничной площадки послышался знакомый голос, он кричал и молил о помощи. Еще утром, Хауслер и не мог представить что этим всё кончится. Не зная что с собой поделать, он засунул ствол револьвера в рот, намереваясь уйти вместе со своими солдатами. Зажав курок, Хауслер дёрнул пальцем за спусковой крючок. Выстрела не последовало. Силы потихоньку покидали тело, а разум затуманивался. Хауслер взглянул в серые мёртвые глаза, перед тем как полностью погрузиться в бездонную пучину.

    Глава 5
    [​IMG]

    Перед глазами открылся темный лес. Ноги невольно зашагали вперед. Спустя часов ходьбы, из-за древесных стволов стали выступать громадные фигуры, облаченные в износившиеся до безобразия солдатские шинели. Почувствовав привкус крови во рту, Хауслер оглянулся вокруг. Красная дымка поглощала лес, а фигуры стали появляться всё чаще и чаще, пока не заполонили собою всё возможное пространство, давая лишь небольшую тропинку для хода. Постоянно ускоряя шаг, Хауслер уже почти бежал, бесконечно оглядываясь на высоченные тела. Споткнувшись о что-то неведомое, Офицер свалился на пол. Фигуры склонились над ним, глядя на него из под гнилых касок своими пустыми черепами. Он почувствовал, что его тело обвивают тощие скелетные руки, обтянутые серой плотью. Громко заревев, он что есть сил вырвался и побежал дальше. Вскоре и тропинка оказывалась завалена костями и разбитыми черепами. Животный ужас поглотил его. Он пытался вопить, но звон в ушах перекрывал все звуки. Будто отбирал их, сливал с собой. Вскоре сил не оказалось даже на то что бы плакать. Он лишь бежал, время от времени спотыкаясь и падая. Без конца. На секунду отстранившись от постоянно настигающего страха и паники, Хауслер наконец подумал: «Это Ад. Я попал в Ад. Ад. Ад.» .

    На пути встало трёхметровое нечто со свиной головой. Одета, скорее была натянута на него бежеватая афганка, прижимаемая к огромному человеческому телу пулемётными лентами. Замахнувшись мускулистой рукой, существо яростно завизжало и ударило Хауслера промеж глаз. Искры окутали красные от лопнувших сосудов глядела. Толпы расступились из-за поля зрения. Как и существо. На микроскопической полянке материализовался грубый шар, вскоре из него стали вырезаться части гнилых тел, вертящиеся в невозможных формах. Шар собрался воедино, образовывая человеческую фигуру, состоящую из тех же гнилых останков. Хауслер попытался бежать, но его прервало непонятное чувство умиротворения и блаженства. Приблизившись почти вплотную к объекту, Хауслер присмотрелся. Непропорциональное темное тело, обвитое косточками словно плетёная корзина. Голова представляла собой бесформенную массу, напоминающую голову одного из тех парней которого команда казнила ранее. Тело оживилось. Взмыв на пару десятков сантиметров над землей, оно уставилось на Хауслера. Лицо же пришло в движение, перестраиваясь и формируя различные человеческие очертания, будто выбирая подходящую.

    – Ты считаешь себя виноватым в погибели тех парней, Хендрик?

    Глубокий и успокаивающий голос прервал шум в ушах. Пространство вблизи растягивалось и сжималось, а лес вокруг постепенно слился в одно и превратился в тупую оранжевато-бежевую кашу. Хауслеру хотелось, что бы существо говорило бесконечно, не давая ему возвращаться в прошлую какофонию леденящих душу ужасов. Наконец, до него дошли слова. Он и вправду чувствовал вину за гибель своих солдат, ведь это именно он повёл их на погибель, зная, что мог поступить иначе. Мысли оказались удивительно чистыми, четкими, совершенными. Тяготящие до этого воспоминания представлялись как пушинка, гонимая ветром по глубинам разума.

    – Полагаем, ты хочешь искупить свою вину?

    Перед глазами появился окровавленный труп Клауса, который активно потрошили бандиты. Хауслер снова согласился. Похоже, существо читает его мысли, от такого его передёрнуло. Вглядываясь в бесконечно движущееся "Лицо" существа, он задумался о том, что же предстало перед ним. "Бог? Ангел? Дьявол."

    Блаженство и безмятежность сменились злостью, а потом и вовсе переросло в бесконечный гнев и ярость. Хауслер не мог контролировать своё состояние. Он превратился в безвольного зрителя ансамбля, дирижёром и абсолютным властителем которого было существо. Оно стало демонстрировать ему расплывчатые сцены с трупами однополчан. Сначала Кругов, Гранит. Потом Пешт, и наконец Клаус. Все они были тяжелейше изуродованны и обезображены. Хауслер переполнился желанием поквитаться с виновными бандитами, заварившими это. Эта мысль по неволе отпечаталась и закрепилась в измученной голове.

    За мгновение всё вокруг потемнело и скрылось в беспроглядной пустоте. В паре шагов от Хауслера возник очередной сюрреалистичный обитатель. Офицеру он показался до боли знакомым. В одних армейских штанах с голым торсом величаво стоял двухметровый солдат, по предплечьям которого проходили широченные вены. Расставив берцы на ширине воистину огромных плеч, он протянул Хауслеру винтовку. Тот взглянул в окуляры лица-противогаза воителя и принял орудие.

    Глава 6
    В ноздри ударил резкий трупный смрад, а со спины почувствовался неприятный холодок. Хауслер распахнул веки. Стало ясно, что он лежал в какой-то луже на деревянном полу в сравнительно небольшой комнате. Сквозь грязные стекла пробивался луч лунного света, а на другом краю комнаты в глаза билась тусклая керосиновая лампа. Присмотревшись, Офицер увидел поддергивающуюся громоздкую фигуру, интенсивно двигающему торсом как раз спиной к нему. Хендрик взглянул направо: кучка брошенных друг на друга трупов. Один из них лежал на животе совсем рядом, в его холодном лице он узнал Клауса. Взглянув выше - он различил разведённые в разные стороны рёбра, торчащие из-за окровавленной спины наподобие крыльев на которых натянута кожа. Хауслер медленно поднялся на ноги, стараясь не раскрыть себя раньше времени. Офицер присмотрелся. Оказалось, что холодный пол под ногами залит засохшей кровью, а на другом конце заплывший жиром бандит активно надругается над черным трупом. Не спеша пройдясь, он резко схватил его за лицо, прижимая перчаткой жирную пасть. "Он даже и не подозревал, что один из трупов оживет." – подумал Хауслер. Взяв свободной рукой со стола кровавый тесак, двумя резкими движениями вспорол брюхо мужика. Пытаясь звать на помощь, мужчина будто и не замечал выпавших у него внутренностей. Еще одна вспышка ярости и тесак точно срезал оголенный член с привычного места. Налюбовавшись работой, Хауслер пару раз ударил лезвием по гортани. Издав предсмертные харкающе-булькающие звуки, бандит упал на пол.

    Хендрик вышел в коридор, такой же теминый, как и прошлая комната. В углу мирно храпел часовой. Встав напротив, Хауслер оглянулся и приметил комнату в зал и громадную дверь на выход. Оперативно отрезал часового и заглянул в зал. На обшарпанном полу валялись старенькие матрацы, с пятью-шестью дрыхнущими парнями на борту. Взяв за волосы и рот ближайшего отброса, Хауслер быстро привёл его в чувства и отвёл чуть подальше, дабы заполучить вид на всех спящих. "Кто здесь главный?" - шепнул Хендрик под ухо парню. Чуть подергавшись, парень показал пальцем на одного из них, прямо у окна. Хладнокровно перерезав тому горло, он тихонько уложил барахтающееся тело на пол. Поднеся лезвие к кадыку следующего, Офицер аккуратно оглянул паренька. Он абсолютно не отличался от тех рядовых в армии. Возможно, он выбрал путь бандитизма от простой безысходности, от вечно ноющего желудка, просящего хоть какой-нибудь пищи, Хауслеру это знакомо. Но теперь, ему не было от этого ни малейшей разницы. Зажав рот несчастному, он полоснул тесаком по глотке. Второй. Третий. Четвертый. Пятый. От бывшей банды остались лишь трупы на кровавых матрацах. Лидер же не обратил никакого внимания, продолжая храпеть и заглушая тихие предсмертные стоны. Хендрик привёл его в чувства. Привязав его к стулу, он стал пристально осматривать пленника.

    – Не думал, чем это обернётся тебе? – Офицер выдавил плохо сыгранную ухмылку. – Вот. Вот твои друзья, валяются теперь с перерезанным горлом в какой-то бомжатне. И-и... Наконец-то мы на едине с тобой и можем вдоволь развлечься. Ты рад?

    – П-пожалуйста... Я никому не расскажу... Не убивайте меня, клянусь, я уйду на ферму, я не буду этим больше заниматься...

    Рассмеявшись, Хендрик покрутил в руке тесак, глядя на рыдающего и умоляющего о пощаде мужика.

    – Ишь чего захотел. Конечно никому не расскажешь. Потому что ты умрёшь. А-вот как и когда умрёшь, это уже вопрос. Можешь помолиться Богу на то, что бы умереть от болевого шока как можно скорее, потому что в ином случае - тебе будет очень больно, шлюха.

    – Не надо! Пожалуйста! Не надо меня пытать, прошу! Господи, не надо!

    – Выговорился? Всё? Еще что-нибудь добавишь? – не дожидаясь ответа, Хауслер быстро заклеил тому рот. Одним хлёстким ударом бандит лишился ушной раковины.Наблюдая за отчаянными попытками кричать, Хендрик лишь усмехался. Ему это определенно понравилось.

    Напоследок, он небрежно вытянул кишечник из вспоротого живота и оставил парня висеть на верёвке в том зале. Вытирая руки об его одежду, он наконец выдохнул и оглянулся. Сквозь те же извоженные грязью стекла проходил свет утреннего восхода. Собравшись с вещами, Хауслер покинул здание. Ожидая, пока глаза привыкнут к свету он осмотрелся. Тот же самый разрушенный Кламат. Приятный и прохладный ветер освежал Хендрика, будто давая остыть, после бурной ночи. Умываясь в ближайшем ручейке, он взглянул на свое отражение. Щетинистое лицо, заляпанное в застывшей крови и грязи. Средние, чуть вздёрнутые вверх волосы, покрытые редкой перхотью. "Взгляд на две тысячи ярдов". Это был он, хотя ему казалось, что он должен выглядеть по другому. Хоть внешне мало что изменилось, но теперь он не такой, кем был раньше. Идти обратно в армию не было смысла: отряд наверняка уже признали дезертирами, да и он сам не горел желанием возвращаться. В голову наконец перестали врезаться мысли о павших товарищах. Проходя через разбомбленную дорогу, Хендрик в последний раз оглянулся назад, что-бы мысленно проститься с убитыми солдатами. Он понял, что прошлое позади и намеревается попробовать себя в другом месте.

    __________________________________________________________________________

    На рейдера. Надеюсь не кринжанул
    STEAM_0:1:217330375
     
    Последнее редактирование: 27 май 2021
  2. rodionshatrukov[RU]

    rodionshatrukov[RU] Well-Known Member

    302
    4.764
    93
    Если бы ты написал что на синдикат, то я бы убился бы головой об стол, потому что по началу мне казалось, что оно так и есть, солдат, который психически не здоров. Читая на одном дыхании с снюсиком под губой я уже подумал, что ты ебанулся в край, думаю, какие нахуй скелеты, какие блять свиноподобные G-Man'ы, а потом дочитывая ту главу, я понял чтото сон сумасшедших. Онанирующий на трупы мужик... Можно было красочнее убить, вот к чему придирка..
    я бы на месте персонажа отхуячил бы его тесаком как добрый дядюшка Тесак на шоу оккупай некрофиляй. короче говоря мне понравилось, крыша уехала у персонажа от потери отряда, оправдано. От такой картины я бы тоже умом тронулся, но всё же стоит указать о его старых колебаниях к маниакальным действиям. Не мне одобрять, но это мерзко и к рейдеру подходит.
    8 снюсовых баллов под моим вкидом из 10.
     
  3. Hydration

    Hydration Well-Known Member

    16
    287
    48
    Хоть и я не эксперт, но мне понравилось. Квента читалась на одном дыхании, персонажи раскрыты хорошо. Особенно учитывая то, что это первая квента автора, то могу пожелать автору лишь одобрения квенты:):););):rolleyes::rolleyes:
     
    KOTAKASI ⁵² и osce нравится это.
  4. dead inside 2 pod

    dead inside 2 pod Active Member

    67
    183
    33
    Полный отстой. Только посмотрите на него! Он же стоит и издевается над нами! Сытый, откормленный и наглый!
     
    KOTAKASI ⁵² и osce нравится это.
  5. Автор психически неуравновешенная личность. Я сам живу с ним под одной крышей и часто подвергаюсь домашнему насилию... Да что говорить! Я с ним в одной школе учусь! Прошу! Помогите!
     
    Kewkaa, KOTAKASI ⁵² и osce нравится это.
  6. Bиктор

    Bиктор Well-Known Member

    4
    266
    48
    Я схожу с ума
     
    Kewkaa, KOTAKASI ⁵² и osce нравится это.
  7. AnotherRedBlue

    AnotherRedBlue Пользователи до 100

    0
    5
    2
    tl;dr Переписывай.
     
  8. osce

    osce Active Member

    5
    156
    28
    Ладно
     
    Kewkaa и KOTAKASI ⁵² нравится это.
  9. dripley

    dripley Well-Known Member

    25
    374
    48
    крутая квента, мне понравилось)
     
    Kewkaa нравится это.
  10. Thanos

    Thanos Member

    7
    58
    13
    Братишка... я тебе покушать принёс.
     
  11. Abandoned

    Abandoned Active Member

    3
    137
    28
    Про квенту эту вскользь забыли...
     
  12. dead inside 2 pod

    dead inside 2 pod Active Member

    67
    183
    33
    Какая-то каша
     
  13. osce

    osce Active Member

    5
    156
    28
    OZON671GAMES нравится это.
  14. OZON671GAMES

    OZON671GAMES Well-Known Member

    53
    869
    83
    Прочитаю по возможности!
     
    osce нравится это.
  15. проверьте кореша моего
     
    OZON671GAMES нравится это.
  16. OZON671GAMES

    OZON671GAMES Well-Known Member

    53
    869
    83
    проверим кореша твоего. Только после того, когда вернусь. Ибо утром и до вечера буду с @Everyday Normal Guy
     
    Мижган ростовский нравится это.
  17. Ладно хорошо
     
    OZON671GAMES нравится это.
  18. Садао Мао

    Садао Мао Well-Known Member

    71
    258
    53
    Прикольно написано, странно что в комнату из мягких стен провели интернет. Сам текст хороший да, но никаких предистории нет. Просто мясо, кровь и матюки. И после чего чел просто ушел. Больше сказать не могу
     
  19. osce бро ты как?
     
    OZON671GAMES нравится это.
  20. dripley

    dripley Well-Known Member

    25
    374
    48
    откисает
     
    OZON671GAMES нравится это.