Memento mori

Тема в разделе "Квенты", создана пользователем Тарган, 20 сен 2021.

Статус темы:
Закрыта.
  1. Тарган

    Тарган Well-Known Member

    58
    3.477
    83
    Memento mori
    Пролог

    Солнце озаряет широкие пустоши, на месте которых ранее была вода. Сейчас же это скалистые пустыни, которые наполнены роями муравьиных львов и живностью Зена. В узком каньоне располагался перевалочный пункт. Восход солнца ознаменовал новый день и начало местного рабочего дня. Обычные работяги постепенно стягивались на плац, на котором выдавались задачи на день, и проводилась перекличка. Многие рабочие носили жёлтые повязки, они были каторжниками Сопротивления. Тем временем мужчина в плаще оливкового цвета, поверх которого был бронежилет с и поясная разгрузка того же цвета да мужчина в сером бронекостюме с патчем Сопротивления, сидели уже у тлеющего костра да разговаривали:

    "Ты по горлышко в дерьме. Благо, у тебя есть шанс. Отправишься на рейсе прочь отсюда. С одним нюансом... Это будет смертельно опасное задание." – выдыхая дым табака, сказал мужичок, с сигаретой в руках.

    "Я достаточно облажался, что было, то было... Ладно, спасибо хоть за это.– у Евгения "Картографа" на лице проявилась кислая мина. Его состаренный морщинами облик явно намекал на то, что он был не в настроении и напряжен. Он лишь поправил свои чёрные, а на кончиках седые волосы, не сводя взгляда с собеседника.

    "А отправляешься ты в ИСС-17, вместе с грузом. Место, мягко сказать..." – тот лишь закашлялся, да продолжил – "Ладно, забей." – он бросил окурок в костёр, переводя взгляд на собеседника.

    Спустя некоторое время собеседника Евгения, окликнул громогласный голос повстанца:

    "Товарищ Лейтенант, прошу вас к главной платформе для отправления!"

    "Вот видишь, меня зовут, мне на работу пора. Возьми, это тебе подарок от меня. Только не спрашивай, что и как... На выезде не шмонают вовсе, ежели на въезде. Подарок лейтенанта, как-никак. Так что, это будет тебе на память от меня. Ни пуха, ни пера." – с долей уважения проговорил Тайлер. Он достал свёрток из потайного кармашка в костюме, да уложил его в руку Картографу. Он же удалился прочь, растворяясь в мираже пустынном.

    Картограф принялся разворачивать свёрток. В его глаза неожиданно попало его отражение. Холодная сталь, отполированная, в которой он мог увидеть... Себя... Убогого, безумного, параноидального алкоголика, прогнившую до основания личность, мотивы которой остаются непонятными. Как только он развернул свёрток и он увидел, в его глазах загорелся огонь. Он принялся крутить барабан револьвера, рассматривая гравировку на стволе: "Adversa fortuna". Воспоминания начали воспроизводиться в его голове.


    Глава 1 "Видение"

    Посреди относительно молодого, хвойного леса, располагался город, независимый город беженцев и преступного синдиката, в который даже Сопротивление боится влезать. Европейская архитектура, узкие улочки. Ещё до Альянса душный городок, стал ещё компактнее. Большая часть города лежала в полных руинах. Лишь небольшой клочок города был заселён и укрыт за заслоном, который постоянно охранялся наёмниками. Здания в центре города были в более достойном виде, несмотря на то, что повидали и войну и опустошение. Центром местной жизни был бар, который находится в месте, где ранее было административное здание, перед ветхим памятником какому-то деятелю в официальном костюме.

    В баре стоял стойкий запах дешёвого пива и потных мужчин. Весь зал галдел, то ли за столиком, то ли за стоя, за стойкой. Из старого приёмника играла спокойная, размеренная музыка. В самом углу, у барной стойки, сидел молодой мужчина, с чёрными волосами и задатками морщин на лице. Он попивал дешёвый шмурдяк, постепенно пьянея. И тут всеми любимый бармен с кличкой "Ирландец", завёл одну из своих баек.

    "Всем внимание! Сейчас я расскажу историю, вольные люди! – тот прикрутил приёмник, и взмахом руки подозвал к себе людей. – Возле нашего уютного Тихого Холма находился старинный лес! Эти деревья повидали времена, ещё до Альянса! – неожиданная пауза прервала его разговор. Все затихли и только довоенная музыка тихо играла на приёмнике. – Говорят, в том лесу обитает некий "Лесник". Пожилой мужчина, который не выходит из своей будки. А его будка - его алтарь. В те лихие места даже ворона не залетит. А вот нежить он притягивает, батько он им. А если ты увидишь его будку, то гаплык тебе. Все те, кто ходил в тот лес, бесследно пропадали. – тот опять сделал неожиданную паузу, прокашливаясь. – Говорят, Лесник даже сюда наведывался. После той ночи пропало пятеро бойцов, бесследно, а кладбище наше было изрыто полностью. – прокрутил радио, настраивая частоту. Настроил на частоту 145.6. Из радио послышались странные помехи. Можно было расслышать слова, которые прокручивались по частоте: "Лесник наш отец, Лесник наш спаситель.". После же бармен прикрутил радио и добавил. – Никогда, запомните, никогда не ходите в сосновый бор." – спустя некоторое время выкрутил на приёмнике музыку, делая её громче и оперся о стойку, принимая новые заказы. Посетители бара вновь загалдели. Но мужчина в углу барной стойки, лишь сыпанул деньги на стол, расплачиваясь за выпивку и вышел на выход, запирая за собой двери.

    А за дверьми в самом разгаре шёл снег. Осень отдавала свои последние аккорды. Узкие улочки европейского городка наполняла снежная пелена, в воздухе стоял запах зимы и свежего снега. Люди лишь ретировались с улиц, либо в бар, либо по домам. Евгений натянул капюшон своей изношенной куртки, да двинул в общежитие, которое он ненавидел всем своим сердцем. Как только он вошёл в тёмный переулок, к нему пристало два бугая.

    "Евгеша, приветики, долги отдавать когда будем?" – Евгения окружило двое мужчин, которые начали прижимать его к стенке.

    "Я же говорил, в конце недели верну!" – он лишь вжался в стену, прикрывая руками своё лицо.

    "Не отдавать долги - делать себе хуже. Осматривайся по сторонам, дружище." – насмехаясь, правой рукой ударил Картографу по солнечному сплетению, а левой рукой совершил хук, который привёл к нокауту.

    Евгений потерял сознание. Он покатился вниз по стенке и остался без сознания в сидячем положении. Неожиданно, мир в его глазах погас. Последними эмоциями были страх от безысходности, злость загнанного зверя, униженность, жажда мести. Ему явилось видение:

    Ночь. Многовековые сосны, повитые непроглядным туманом. Глухая тишина, которую время от времени перебивал тихий ветерок. Вдали начал появляться странный силуэт, который медленно двигал к Картографу. Но Евгений тоже не стоял на месте. Он начал постепенно двигать вперёд. Как только он приблизился к объекту, силуэт оказался его обидчиком. Перед ним стоял выбивала долгов "Большой Ли", мужчина в расцвете сил, азиатской внешности с чёрными волосами и с вечно хмурым лицом. За ним виднелась ещё одна личность, которую Евгений не мог разглядеть. Неожиданно в его голове заиграл голос.

    "Ты заслуживаешь большего. Ты не понимаешь, какую силу ты держишь в себе. Высвободи свой дух, встань с пепла, обрети достоинство!" – голос громогласно заголосил.

    В руках у Картографа материализовался штык-нож M9. По его лицу катился холодный пот. Он осмотрел сей подарок от голоса в голове и чиркнул ножом себе по указательному пальцу. Полилась кровь.

    "Убей Ли, отомсти ему, ороши клинок алой кровью!" – и вновь раздался голос, которого нельзя ослушаться.

    Евгений опешил. Его рука самовольно начала подниматься. Он слышал то, как нож разрезает материальную гладь, направляя свой удар в горло китайцу. Спустя мгновение нож поразил сонную артерию на шее, он вырывал кусок за куском животной плоти. Но спустя мгновение, Картограф, будто обрёл самообладание. Он вытащил нож из шеи его обидчика и бросил его в землю, отходя назад.

    И вновь белый свет озарил его взор. Он опять оказался в своём времени. Вместо запаха снега он чувствовал запах душной летней пыли и тлеющей древесины. Картограф очнулся в поту, с ускоренным дыханием и сердцебиением. Он лишь взялся за лицо и поднял голову, бросая взор в пустоту.

    Глава 2 "Новое начало"
    До искупления 24 часа
    Недолго он сидел в небытии. Природное каждому человеку чувство голода, активировало его мозги на дальнейшую жизнедеятельность, отвлекая от мук и тягот душевных, на муки и тягости телесные. Картограф за лямку подтянул к себе рюкзак и вытянул консерву с искусственной тушёнкой, а также кирпичик старого, белого хлеба. Затем принялся трапезничать.

    "Пить хочется, не могу. Надо бы заглянуть в бар, а он здесь точно должен быть." – Вздумалось Евгению. Он вздыхая, всунул объеденный кирпичик хлеба рюкзак, а консервную банку небрежно бросил в сторону. После встал, да попёрся куда-то.

    Сам бар находился недалеко от плаца. Он располагался в деревянной хижине. Возле двери на стене располагался обгорелый, рваный бело-красный флаг. А надпись на баре гласила: "У Гжегожа". У хижины находилась длинная лавочка, на которой сидело два неприметных мужчины. Один в тельняшке, а другой в облегчённой униформе Сопротивления. Один из них держал в руке тёмную стеклянную бутылку со спиртным иль с другим наполнителем. Второй, скрестив ноги, глядел на шедшего в его сторону. Как только Евгений подошёл к двери бара, его выцепил один из них.

    "Картограф?" – спросил у пришедшего солдат в униформе.

    "Да." – ответил Евгений.

    "Я Авель Вайнберг. Просто Авель. Завтра мы с вами будем на одном рейсе и в одной группе" – пробормотал, глядя на собеседника.

    Вайнберг же представлял собой молодого еврея, с чёрными волосами и выразительными чертами лица. Нос его был большим и неуклюжим, а глаза глубоко посажеными. На лице красовалась вечная ухмылка, а глаза блестели хитроумием. Был он среднего роста, одет в обычную горку с опознавательными знаками Сопротивления. На руках были старые тактические перчатки, а на ногах берцы, что отдавали былой эпохой.

    "Моё имя ты уже знаешь."– тот сухо проговорил и протянул руку для рукопожатия.

    "Решил зайти к старому ляху Гжегожу? Главное, чтобы завтра был бодрым! Мне нужен трезвый штурман, а не бухой ирландец" – не снимая ухмылки с лица, ехидно сказал Авель.

    Картограф коротко кивнул и зашёл в помещение бара. В помещении стоял довольно приятный запах свежести и лёгкое веяние пива. Бар был наполнен всяким декором: начиная от плакатов и ручных рисунков, заканчивая ручным хэдкрабом среднего размера в клетке, которая была усеяна степными травами, а надпись на клетке гласила: "Войцех". Стоял приёмник, играла старая классическая музыка. За продолговатой стойкой заведения находился старый, повидавший жизнь, поляк, под 50. Он был облысевшим, а остатки волос обрели пепельный цвет, ярко выпирали морщины и скулы, нос крючком, аккуратные уши, дополняли картину чёрные очки. Одет был он в ветхий и потёртый кожух в орнаментах, а также в серые штаны и блестящие берцы, что ярко выделялись в его образе.

    "Приветствую вас в моём уютном заведении! Присаживайтесь удобнее." – с ярким польским акцентом проговорил бармен, подзывая к себе пришедшего.

    Евгений опять кивнул в ответ, да подошёл к стойке, сев за барный табурет. Он стянул со своей головы капюшон, да отряхнулся, положил руки на стол.

    "Воды." – Евгений заказал себе питие.

    "Как пожелаете!" – постепенно повышая голос, сказал бармен.

    Спустя мгновение на столе прямо оказалась массивная склянка с не особо чистой водой, рыжего оттенка. Так ещё и пахла она смрадно. Главное преимущество - она не лишает памяти и не крошит личность, в отличие от личных резервов Брина.

    "Кстати, как вас зовут? Я Гжегож Шчебжешинкевич." – спросил, а далее быстро и неразборчиво назвал своё имя и фамилию.

    "Э-э-э... Я Картограф, Гжегож..." – тот сказал своё имя, переваривая речь пожилого ляха.

    "Шчебжешинкевич. Ладно, с вас интересная история за то, что я вам воды дал." – подметил дряхлый поморец.

    "Ну... История, так история. Знаете, почему меня назвали Картографом? – вздохнул, да нехотя, явно натянутой интонацией продолжил молвить. – Так вот, увлекался я когда-то топографией... Наверное. Или даже учился. Я мало что помню о прошлом и сам не понимаю почему. Топограф - это человек, который разведывает местность и карты составляет. Навыки составления карт... Пропил, так скажем. А вот читать ещё не разучился. Да и азимут я помню, как рассчитать. Могу... Могу... Так вот, основные навыки я получил ещё давно... Когда трава зелёной была и воздух чище. Да только вспомнить ничего другого кроме этого не могу, хоть ты тресни! Помню только улицу и памятник... Памятник Ленину. А кто он... Даже не знаю." – завершил свою речь Евгений, не сводя взгляда с поляка.

    "А я вот помню времена до Альянса лучше. Мне повезло увидеть Землю до захватчиков. Раньше было лучше, раньше дышалось свободно и монстров не было." – с явным трауром сказал поляк, тяжко вздыхая.

    "Я кажется потерял самое ценное - память. Я пустой и продолжаю пустым что-то жаждать от жизни, не найдя себе места. А может в городе лучше... Может, Альянс и правда наш спаситель?" – передал свои мысли собеседнику.

    "Диссонанс. Живёте в свободе, жаждете порабощения. Не только мир опустошен, а и сердца людей, но рано или поздно это всё закончится. Забвением... Смотрите." – тот изпод прилавка вытянул пожелтевший, сложенный ватман.

    Когда старик развернул карту. Это была политическая карта мира издания 1997-го года. Она была пожелтевшей, а правый край вовсе надорван. Масштаб карты был 1:40 000 000. Цвета на карте уже были блеклыми и отдавали старостью. Карта была исполнена на причудливом для Картографа языке.

    "Это наш мир. Он весь в руинах. Не поверите, но здесь когда-то было море... Эх море, море, рыбаки, детишки... Этот мир погиб." – с громогласным трауром сказал Гжегож.

    "Мы в восточной Европе, я прав?" – сказал Картограф.

    "Именно. А говорили, не знаете." – сказал в напутствие Гжегож.

    "За сколько карту продаёте?" – спросил Евгений.

    "Такое не продаётся. Я вам такое могу только отдать. В напутствие о прошлом мире. У меня ещё есть карта, она целее. А эту некуда девать." – тот свернул карту и двинул ближе к собеседнику.

    Мало что сказать опешил, Картограф явно был удивлён данным поступком старика. Кто ещё в этом мире дал бы ему такой раритет... Или никому такое нынче не нужно? Почему? Постоянные сомнения преследовали Евгения, мир, будто сошёл с ума, съехал с рельс... Непонятно одно: это он безумец, или же последний островок благоразумия в океане умопомрачения.

    "Спасибо вам." – ответил Евгений и запрятал карту.

    "Не за что. Вспомните потом старика добрым словом." – кивнул пожилой.

    Картограф вышел из заведения. Душа его опустошена и полна, а разум холоден и одновременно возбуждён, как никогда. В голове постоянная тревога, неутолимая боль за содеянное. Всё это постепенно сводило его с ума. Выхода было два: лечь прахом или побороть себя. Умереть или жить. Искупление или забвение. Жизнь человека состоит из испытаний: жить - бороться с ними, умереть - смириться.

    Незаметно подкрался вечер, а солнце заходило за скалы. В каньоне вовсе стало темнеть. Дымка постепенно осела над землёй. Евгений сидел на лавке, да думал о жизни. В последнее время его терзают смутные сомнения. Вся его жизнь - сплошные веяния. Но его сознание просекли тресклый и ветхий звук громкоговорителя:

    "Внимание всем участникам завтрашнего транзита... *громкий писк с помехами*. Немедленно пройти на плац, повторяю, всем участникам транзита немедленно выдвинуться на плац." – громогласно прозвучал доклад.

    Картограф ринулся на плац. А на плацу его уже ожидало 11 готовых бойцов. А перед теми бойцами стояло пять человек в униформе Сопротивления. Он встал 12-ым в строй и принялся ожидать брифинга.

    "Приветствую вас, бойцы. Вы выдвигаетесь в Индустриальный Сектор Семнадцать. Ваше задание: перевезти Перед вами четыре бригадира, которые будут вами командовать, – тот открыл красный скоросшиватель, с множеством страниц, да начал зачитывать информацию, – Вайнберг, Картограф, Клименко, шаг из строя. Вы назначаетесь к сержанту Куперу. Сержант, выстроить их в отдельный строй, провести брифинг. Действовать по усмотрению" – сказал свою речь командир.

    Молодой сержант махнул рукой, подзывая к себе троицу. Выстроил их он где-то вдали от основного строя. Пристально он глядел на каждого бойца, то-ли изучая их, то-ли просто вспоминая что-то.

    "Итак, попутчики. Мы составляли список согласно рациональности. Я считаю, что мне попались лучшие бойцы. По крайней мере водитель Вайнберг и Клименко, пулемётчик. А в вас Картограф, я сомневаюсь. Смотрите не подведите, я буду за вами пристально следить. Пуля - не дура. А теперь к задачам. Мы будем ехать на таком автомобиле, как ГАЗ-3308. Вайнберг и Картограф займут кабину. Первый водитель, второй штурман. Я и Клименко займём ПКМ. Мы - ведущая машина и именно за нами, не отклоняясь будет следовать остальная группа. Мы - самая ответственная группа. Вопросы есть?" – закончил свою речь, скрещивая руки.

    "Вопросов нет." – сухо отвесил Картограф.

    "Хорошо, бойцы. Советую восполнить свои силы. Завтра в 5:20 подъём, завтрак в 5:30, общий сбор в 5:45, выезд - в 6:00." – козырнул бойцам и двинул прочь.

    Строй немедленно распустился. Картограф же в одиночестве двинул обратно на место, на котором ночевал. Присел тот и из подсумка вытянул зажигалку. Подобрал с земли скромный кусок свёрнутой бумаги и положил его в затухший костёр, подав огонёк на него.

    "А имею ли я право избавлять человека от жизни? Кто я такой? Убийца!?. Нет, я - человек! А человек - самое опасное существо на Земле." – пробормотал, да расположил руки над огнём.

    На самом деле у всех нас есть грань, мы люди, биологический вид, порой страшнее животных. Но одно нас от них отличает... Это условная граница нашей психики и здравого ума, линия, переступив которую мы сожалеем, но не останавливаемся и идём дальше... Человек, который убил брата своего, уже не остановится и не будет испытывать жалости в следующий раз, наоборот! Человек будет упоен своей властью и безнаказанностью. Кровь взбурлит, а мозг отступит, пробуждая свирепость твари.

    За данными размышлениями стояло видение, что взбудоражило его, напомнило о его прошлом... Когда-то, он был молодым и не опытным, но что-же он натворил, что вообще происходит? То-ли от алкоголя, то-ли от пережитого, а может и от воды его память распалась на маленькие, не связанные между собой клочки. Воспоминаний и домыслов много, но они никак не связываются в одну картину. Это как на ясный пейзаж небрежно вылить чёрного масла: он превратится в несусветную чушь, в бессмысленную смесь цветов, в тень былого шедевра.

    Спустя пару минут умозаключений Евгений начал засыпать. И расположился он на каремате, заворачиваясь в калачик. И тлел уголёк, словно душа его и шла ночь, как дума его.

    Глава 3 "В путь!"
    До искупления 15 часов
    Солнце постепенно всходило над пустошами. Песчинки лёгко вились в сухом воздухе. Толпа уже стягивалась в душную столовую, на завтрак. Приём пищи был плотным и состоял из макарон по-флотски в составе которых было мясо хэдкраба. Также присутствовал странный отвар из грибов и трав. Картограф уселся на свободное место у своего напарника по кабине, возле Вайнберга.

    "О, привет!" – сказал Вайнберг, уплетая блюдо.

    "Доброе утро." – ответил, держа в руке вилку, уставился на макароны, не начинал есть их. Он предельно изучал состав, то, что положили в местной столовой на тарелку.

    "Ну, чего ждёшь, а? Посолить?" – попивая отвар сказал Вайнберг.

    "Нет, спасибо." – Евгений через силу начал поедать блюдо.

    "Я вижу, ты у нас тихоня скромный Я вот водитель со стажем... Ну как сказать, у меня шесть удачных рейсов, что является редкостью среди наших. А водить меня учил ныне покойная легенда Сопротивления. Герман." – сказал Авель.

    "Меня прозвали Картографом, из-за моих способностей в Географии. Когда-то, в былые времена я научился всем этим навыкам. Однако ничего более не помню, из "прошлой" жизни." – сказал Картограф.

    "Хм-м, интересно. А как вы сюда попали? Я вот из ячейки Города-15, как обычный боец. Не сдружился я с одним арабом в офицерском составе, да здесь оказался. Но несмотря на всё, именно здесь чувствуется дух свободы." – воодушевлённо приметил Вайнберг.

    "Я накуролесил многого, но благодаря Синклеру я оказался здесь. Он спас меня." – явно вздыхая ответил Евгений. Его зрачки слегка расширились, а действия замедлились. Но спустя мгновение он продолжил спокойно есть, кое-как осматриваясь по сторонам.

    Внезапно в помещение ворвался комендант.

    "Попрошу внимания! Ваш завтрак завершается. Убедительная просьба двинуться на плац. Выпо-о-олнять!" – выпячивая руки на поясе, хриплым, командирским голосом призвал к он действиям.

    Толпа из людей ринулась на плац. После того как все они собрались, был сформирован строй, который повели к южному КПП данного лагеря. Сам пост выглядел могущественным: Это была стена с множеством подпорок из хлама, на венце которой стоял станковый пулемёт, а внизу была массивная дверь, с виду казавшаяся крепче всей конструкции. В пяти метрах от выхода находился брезент. Под брезентом находился раздаточный столик, на котором были пайки. Вокруг стола стояли ящики, а за ним офицер Сопротивления. Также можно было заметить стеллаж с вооружением и столики поменьше с бронежилетами. Постепенно люди в строю выходили из лагеря, только получив обмундирование.

    Дошёл черёд до Вайнберга. Он получил бронежилет среднего класса с пустынным камуфляжем, разгрузку, а также один автомат АКС-74У. Экипировав комплект и взяв паёк со стола удалился. Следующим был Картограф. Ему достался его же излюбленный АКМ и патроны к нему. В сумме пять рожков по 30 патронов. Так как обмундирование он не сдавал, он тоже прихватил паёк и запрятал его себе в рюкзак. После же растащил несколько рожков по подсумкам, а один зарядил в автомат, а после эффектно передёрнул затвор, заправляя пулю в патронник.

    И вот, вся команда оказалась в машине. Всё было готово к отъезду.

    "Ну что, Картограф, готов к поездке? Надеюсь, не зря тебе доверили и направили к нам." – подметил Вайнберг.

    "Непременно." – сухо ответил он.

    Салон же тарантайки был выполнен в серо-зелёных цветах, в некоторых местах краска была облезшей, множество песчинок, пыли, да щебня забилось под стекло и впилось в неё. Вдыхая, можно было почувствовать ёрзанье песка, да сухого воздуха в носу. На панели приборов красовалась старый, почти уничтоженный песком образ Казанской Богоматери, да старая открытка подле неё. На открытке красовался ранее известный человечеству, а ныне уничтоженный памятник былой культуры - Московский Кремль.

    "Если что, все карты и дополнения к ним - в бардачке." – сказал Авель.

    Картограф немногословно кивнул, да потянул руки в бардачок. Собственно, ему в руки попался скоросшиватель, который тот непременно открыл. Он мог наблюдать на первой странице листок с напечатанным на машинке текстом: "Атлас штурмана.". Внизу были инициалы какие-то инициалы с подписью: Составитель Лингрен А. О.

    На следующей странице он мог наблюдать длинный, прописанный текст плана действий поездки. На другой странице красовался краткий и не точный план пути с проведённой жирной линией и отдельной штрихованной, что указывало на предстоящую дорогу. Далее, находился план колонны. В общей сложности присутствовало 4 машины, первая "прорывная", экипаж из четверых, вторая собственно была забита под завязку и везла груз, экипаж состоял из двух человек, третья, везла топливо, экипаж из двух человек и последняя машина была командирской, но уже с более слабым пулемётом и экипажем тоже в 4 человека. На прочих страницах находились сложенные карты местности, таких карт было примерно 6, с увеличенным масштабом и со своими пометками. Также, на каждой карте можно было наблюдать выноску с пометками и легенду карты. Однако сам материал средства навигации пожелтел, что выдавало его старость и использованность.

    Итак, колонна тронула. Ведущий грузовик осторожно ехал по извилистой траектории, дабы избежать мест с гнёздами, а то ещё хуже, с личинками муравьиных львов. Группа двигалась медленно, но уверенно. Опыт Вайнберга позволял нивелировать ошибки штурмана Картографа, всё же он был филигранным водителем и быстро выворачивал из западни с жуками. Если же "насекомые" дадут о себе знать, то с ними быстро разберётся пулемёт. Всё шло чинно и благородно.

    Глава 4: "Неожиданные последствия"
    До искупления ?̶̢̤̥͌̃̌͝?̶̢̤̥͌̃̌͝ часов
    "М-м-м-м-м... Ещё ра-а-азик, е-е-ещё ра-а-аз. Э-э-эй м-м-м-м." – напевал водитель.

    "Что нынче поёшь?" – услышав мычание напарника, спросил Картограф.

    "Песню. Не знаю, как называется, но в голове застряла." – ответил Авель.

    "И правда, знакомая мелодия. А что это за место на открытке?" – направил взор на картинку с изображением Кремля.

    "Это - Кремль, раньше, до войны, был символом власти для... Для людей, живущих в стране, которую раньше называли Росья." – ответил Авель.

    "Росья... Россия? Слыхал я о такой... Уютная, маленькая страна и людей было немного." – отметил Картограф.

    "Ну вы и сказочники. За дорогой следите! Понапридумывали всяких там Россий, Шмассий... За дорогой вот лучше следите!" – вынурил голову в выбитое правое заднее окошко, гремя на людей в кабине.

    "Тогда что это на картинке? Хочешь сказать, эта такая Цитадель мазаная?" – вопрошал Авель.

    "Если вы не будете следить за дорогой, капрал Вайнберг, к вам будет применено дисциплинарное взыскание, не совершайте нарушение уставных догм." – с нотками гнева рявкнул Купер.

    ". . ." – неоднозначно промолчал Картограф, наблюдая за данной ситуацией.

    "Так точно." – с некоторым отвращением ответил Авель Вайнберг. Очевидно, между ним и Купером была личная неприязнь. Да и сержант на себя брал слишком много, более чем на свои обязанности.

    "То-то же." – надменно сказал сержант Купер, возвращаясь к пулемёту.

    "Так, сейчас повернёшь налево." – Картограф с картой в руке, задал курс.

    "Хорошо. И каждый раз, новая дорога. Всё постоянно меняется, да так, что и предсказать тяжеловато." – руля налево, пробормотал водила еврей.

    "Всё течёт, всё меняется." – шмыгнул носом Евгений.

    Тем временем в кузове, за пулемётом сидел Клименко, который сконцентрировался на окружении, внимательно следя за обстановкой вокруг, будучи готовым отреагировать в любую секунду. Купер же стоял, держась у бортика, с биноклем на груди и сигаретой во рту, тоже пристально наблюдал за обстановкой. В случае чего, он будет содействовать пулемётчику в стрельбе.

    "Я должен пойти на повышение скоро. Обязан! Я должен показать этим невеждам, кто командир. Я задавлю любого на своей дороге, любого! Если всё пойдёт согласно плану, я убью сразу двух зайцев... Я поставлю Вайнберга на место, или же вообще, избавлюсь. Чёртов моралист." – раскуривая сигарету, про себя думал сержант, не материализуя сквозь уста свои мысли.

    "Что-то подозрительно тихая и мирная дорого, не правда-ли, Клименко?" – уже наяву сказал Купер.

    "Так точно." – сухо ответил он.

    "Вот-вот. Но помните, мы выполняем задачу, ради человечества..." – оборвался на слове сержант.

    И вновь он погрузился в помышления свои, заводя диалог с самим собой, а точнее с сердцем своим.

    "Ради человечества... Оно заслуживает на смерть, хотя бы большинство из людей - точно... Всё ради Нины. Хоть жизнь положу, отомщу за неё... Хоть всё Сопротивление перебей, больше смысла от него нет... Как и от всего... А когда-то я был идейным, молодым парнем, но это всё забрало Сопротивление, как душу, так и любимую! Нет, я поднимусь и возглавлю Сопротивление во имя мести... А когда она свершится - пусть всё катится пропадом." – под себя подытожил он.

    И тлело сердце его, погашенное скорбью и ненастьем. Он лишился своей второй половинки, которая вела дела за спиной Сопротивления. Он любил её всей душой, пытался остановить... Но она совершила ошибку, роковую ошибку для неё и для Купера. Однако Куперу повезло более и он отмазался лишь дисциплинарным взысканием, в отличии от неё...

    Далее, он вытянул из кармана небольшую открытку на которой карандашом было нарисовано лицо, скорее эскиз лица. Внизу гласила подпись: "Жар очей моих, Нина Андриенко.". Купер посмотрел на карточку и нервно бросил сигарету за борт, вкладывая бумажку обратно.

    Но спустя некоторое время, тишина и спокойствие прервались. Сначала, на колонну повалило около пяти львов. С ними быстро справились. Но к ужасной неожиданности для экипажа, в тот же момент стая из 10 муравьиных львов прилетела со скального массива, приземляясь на землю, вблизи машин.

    "Контакт с жуками!" – пулемётчик Клименко, сцепив зубы начал огонь по движущимся целям из тяжёлого пулемёта.

    "Ястреб 1-1, Пустельге 4-1, у нас жуки, ведём огонь на подавление!" – крикнул в рацию Купер, на фоне шума работающего пулемёта и разлетающихся ошмётков от львов.

    "Говорит Пустельга 4-1. Группе Ястреб 1, ускорить движение, отвлеките их внимание, до безопасного сектора. Мы прикроем." – ответил голос группы из командирской машины.

    "Слышал? Дави на газ, ну же, ну же!" – орал во всю глотку сержант, чуть ли не упав после резкого разгона грузовика.

    "Вот чёрт! Только этого не хватало. Картограф, ты куда смотрел?" – с испугом сказал Авель, не сводя глаз с дороги.

    "Какую карту дали, такой и пользуюсь." – сказал Картограф, отложив документы, проверяя свой АКМ.

    "А может таки хоть дальше будешь смотреть, куда нам двигать?" – крикнул Картографу Авель.

    По случайному совпадению, Картограф вовремя взял в руки свой автомат. Неожиданно, прямо по курсу машины из тверди вылезло три льва.

    ". . ." – Картограф с пушкой в руках высунулся из открытого окошка двери и начал пальбу по инсектоидам.

    "А вовремя ты пушку достал... Держи-и-и-ись!" – Вайнберг крича, резко отвёл руль вправо, дрифтуя по вязкой поверхности, пытаясь выровнять грузовик.

    "Какого хуя!" – громко крикнул сержант, слетая в сторону от резкого поворота, чуть не падая за борт.

    "Сука!" – выматерился Евгений, теряя из рук свой автомат и от инерции выгибаясь в другую сторону, чуть не выпав из окошка. Его автомат ударился об корпус машины, выпуская пулю, но не улетел, ибо был на ремешке у него.

    Картограф в свою очередь успел ликвидировать двоих львов, а один уже порядком израненный таки влетел в корпус прямо по курсу, пробивая переднее стекло. Он ещё двигал головой и одной лапой, но уже был обездвижен. Однако, этого хватило для испуга у обоих.

    "Жук! Блять, блять!" – Авель с неожиданности крутанул налево, чутка выравнивая траекторию движения грузовика.

    "Избавимся." – невозмутимо сказал Картограф перехватывая свой автомат он присунул его дуло прямо к голове существа и исполнив осечку, нервно столкнул того передней частью автомата прямо под автомобиль.

    Тушка муравьиного льва слетела вниз, частично загрязнив радиатор. Машина же кое-как выровнялась и продолжила своё движение.

    "Что-то это мне не нравится." – говоря это, отложил оружие прочь, да взял в руки папку с картами.

    "Мы уже могли заехать хер знает куда." – с нотками сожаления добавил Авель.

    "Видишь впереди ущелье?" – Евгений спросил это, поглядывая на карту.

    "Вижу, кажется да, это оно." – Авель бросил взгляд на цель. Она была близко.

    "Значит, мы на правильном пути." – ответил Картограф.

    Ущелье из себя представляло относительно узкую линию, будто прорубленную искусственно. Перед ним слева находятся скалы, справа тоже, ко всему их ещё и не объехать с этой стороны из-за непроходимых песков. В ущелье, которое было в ширину примерно метров 6-7, можно было наблюдать туман и густую пелену из песка. Видимость была ограниченной. Когда колонна въехала, всё резко затихло: жуки перестали вылезать, воцарилась жуткая, глухая тишина. Лишь звук мотора и гул пронзающего ветра можно было услышать в ущелье. Даже включив фары, картина не улучшалась. Благо, тут была прямая дорога и в одну сторону.

    "Не нравится мне это местечко... Да и дорога в этот чёртов Индустриальный сложная." – сказал Вайнберг, неспешно двигая машину вперёд.

    "Чёртово место." – с неявным страхом ответил Картограф.

    И правда, отряду начали слышаться сначала похлипывания женщины вдали и истошные крики людей, они конечно сливались с гулом ветра, но пронзали до глубин души. Кто-то слышал своё. Картограф слышал то, как туман ему говорит про потерянность его личности. Авель слышал в этом слова про его порой слабый дух и мягкотелость, Купер слышал голос своей возлюбленной, а Клименко слышал протянутую просьбу о помощи. Каждый слышал своё и каждую секунду голос менялся на диаметрально противоположные сообщения, то напоминая о плохом, то о хорошем. Что-то странное крылось в этом ущелье, будто какая-то сущность управляла помыслами наших путешественников. Затем, наступила полная тишина. Всё единовременно перемешалось и превратилось в глухой, непонятный шум.

    И вдруг, показались лучи солнца, которые пробивали густой туман безнадёжности и сладких мечтаний, надежды и безысходности, рая и ада... С дневным светом всё вернулось из транса, а мир начал приобретать красками, которые они до этого не ценили...

    Окончательно от умственного забвения людей в колонне пробудила страшная тряска земли и шум крыльев. Это была очередная волна муравьиных львов... Однако, к ужасной неожиданности для всех, издалека пустошей слышался гром мирмидонта. Он безудержно мчался на группу.

    "Говорит Пустельга 4-1. Внимание всем экипажам! Мирмидонт был зафиксирован, повторяю, обнаружен мирмидонт! Да поможет нам Бог..." – нервно проговорил командир в рацию.

    "Видишь его? Начать огонь!" – сказал сержант Купер, опуская бинокль.

    "Запросто!" – тот подозвал Купера и нацелился на огромного инсектоида, который двигал на них. Далее начал плавную стрельбу по нему.

    Вдалеке, из-за шума, группа могла не заметить быстро мчащийся вертолёт сил Альянса, который сбрасывал одиночные бомбы на песок, дабы разворошить жуков. Интересная стратегия у Альянса – не вступать в прямой бой, а чужими руками решать ситуацию. Во всяком, вертолёт их засёк и в случае близкого приближения к сектору самолично уничтожит колонну. Эта была фатальная ошибка планирования, либо несчастное стечение обстоятельств, а может внештатная смена маршрутов и их времени проведения.

    Тем временем, с переменным успехом пули просекали ткань мирмидонта, повреждая ему живот – слабую часть титана в мире инопланетной живности. Без этого, за ним постоянно появлялась волна за волной из жуков, жуками занималась командирская машина, когда основной фокус машина с Картографом был направлен на гиганта.

    На местность, в которой ехал караван постепенно надвигалась огромная песчаная буря: сначала шёл ветер с пылинками, а затем пелена усиливалась. Однако это было не моментально и колонна только въезжала в эпицентр бури. Но всем было не до этого: мирмидонт, изрядно раненный всё-таки совершил свой последний, страшный удар. Он с разбега вдарил по машине с топливом головой. Она совершила кульбит, детонируя от удара в воздухе. Автомобиль буквально разлетелся на части. Осколками поразило командирскую машину и машину с основным снаряжением. Однако, больше всего не повезло беднягам внутри, а также водителю командирской машины: ему прямо в лицо, пробивая стекло, влетел кусок арматуры, превращая череп в кровавое месиво. Машина резко тормознула, дрифтуя по песку. Её сразу облепили львы. Две машины впереди ещё оставались на ходу, однако на них уже сполна надвинулась песчаная буря.

    “Мы потеряли машину командира! Газы!” – крикнул Купер, что было сигналом надеть противогаз.

    “Куда только меня завёл Тайлер!” – нервно сыпнул Картограф, натягивая противогаз.

    “Не паникуй. Лучше помоги натянуть противогаз.” – сказал Авель, выруливая, уже почти в полном мраке бури.

    Пока Авель отвлекался, машину повело на скалы, он успел остановиться и вырулить, но в них сзади вляпалась вторая машина, которая вовремя не остановила ход. Всех хорошо тряхнуло, Картограф ударился головой и потерял сознание на некоторое время.
     
    Последнее редактирование: 6 окт 2021
    Unreal.Nikita и Oren Riff нравится это.
  2. Тарган

    Тарган Well-Known Member

    58
    3.477
    83
    И̸̨͔͙̥҇͒с̴̳͚̥̈́̐͊̕͢к҉̛̘͙̆͑̓͜у҉̧̰͗͂͠п̶̢͍̠͆̔̋͠ͅл̷̢̫̤̈́͝е҈̢͓̇̐͊͡н̷̣̐͋́͜͞и҈͉̰̙̂̓̃͢͝е҉̧̛̜͕̏̈

    “Проснулся?” – раздался громогласный голос из пустоты.


    Евгений бросило в дрожь, это был тот самый голос, гуляющий в его голове последнее время. Перед ним материализовалось кресло и человек, сидящий в нём. Он был одет в официальный костюм. Источала сущность лишь тёмную, мертвящую пустоту, лица не было видно вовсе. Картограф попытался встать, но его руки и ноги были прикованы к креслу.


    “Наконец-то мы с тобой познакомимся, – сущность встала с кресла и подошла ближе к Картографу. – Говорят, ты сейчас в бегах от самого себя. Хм, в прочем в этом есть доля правды. А ты уже подумал о своей смерти? – оно издало усмешку с короткой паузой. – Ты! Ты намереваешься умереть! Да ты мне ещё нужен, МНЕ, МНЕ, МНЕ! Ты ничтожное создание!” – громко крикнуло на Картографа существо.


    “Да кто ты такой!?” – выкрикнул в ответ Картограф, вырываясь.


    “Славно. Ты и правда моя марионетка. Гнев питает меня, а пока ты жив, ты в мир кроме гнева, ничего не привносишь.” – как только сущность завершила свою речь, всё начало растворяться.


    И вот, уже вместо назойливого голоса слышалась канонада из автоматных очередей, а также человеческие крики. Звон в ушах ознаменовал возвращение с обморочного состояния. Как только Картограф раскрыл глаза, он мог наблюдать сквозь окуляры противогаза данную картину: На улице продолжалась песчаная буря, хоть и знатно поредевшая в количестве песка. Салон был уже полностью засыпан песчинками. Вокруг творилась настоящая баталия: люди встали в круговую оборону против жуков.


    ”Что это было?” – с этими словами, держась за голову, Картограф выскакивая из левой двери грузовика, плюхнулся на землю, не удержавшись на ногах.


    “Чисто!” – можно было услышать искажённый крик Клименко, где-то издалека.


    “Понял!” – крикнул в ответ Купер, процеживая слова сквозь средство индивидуальной защиты.


    Из-за угла появилась вышесказанная личность. Сержант, с АКС-74У в руках двинул из-за угла ГАЗ-а. Как только он увидел живого Картографа, он направил на него свой ствол.


    “И ты всё ещё жив? Из-за тебя, мы провалили операцию, я потерял людей! Но это не важно! Ты нарушил мой план!” – демонстративно навёл ствол на Картографа.


    “Прощай…” – что-то про себя невнятно проговорил Картограф.


    В тот-же момент издали раздался душераздирающий крик, невнятно, но можно было расслышать слова: “Помоги!”. Услышав этот крик, Купер отвлёкся, повернув голову направо. Он даже не подозревал, какую ошибку совершил. В этот момент, к нему сзади, издали уже подлетал муравьиный лев. После, он опять перевёл укорот, краем фаланги указательного пальца, совершая выстрел. Перед Картографом пронеслась вся его жизнь: беззаботное детство, бедность 90-ых, его первая любовь… Лицо его матери, даже лицо своего друга… Конечно, эти воспоминания были размытыми, но повлияли на него… Изнутри.


    Но в момент нажатия на спусковой крючок, сзади на невнимательного, то-ли от злости, то-ли от контузии сержанта Купера, налетел лев, протыкая ему шею своими конечностями. Он всё-таки совершил выстрел, но он попал немного ниже Картографа, впиваясь в песочную гладь. Сам же Картограф, проклиная себя и сущность кое-как вытянул заряженный Тайлером револьвер из-под плаща, да помогая себе левой рукой, нацелил на жука, дабы уничтожить его. Палец скользнул по спусковому крючку и раздался громкий выстрел, который поразил паразита в голову.


    “Дурак…” – откашливаясь, сказал Картограф, постепенно поднимаясь на ноги, не упуская с правой руки ствол.


    Евгений, подкосившись, кое-как подошёл к свежему трупу Купера и упав на одно колено, принялся обыскивать того. Его не интересовало снаряжение на данный момент и кроме одной осколочной гранаты он ничего не взял из вооружения. А заглянув ему в рюкзак, который у того был за спиной, в первую очередь повытаскивал всю возможную бумагу: начиная от папки с надписью “Совершенно секретно”, заканчивая его записной книжкой. В свою очередь, он вложил всё найденное себе в рюкзак и медленно, но верно двинулся обходить автомобиль. Перед ним открылась душераздирающая картина: вся местность вокруг двух машин была залита кровью, как жуков, так и людей, многие уже лежали бездыханно, также можно было наблюдать три пары следов, которые вели прочь от машины, очевидно, три бойца ушли отсюда вовсе. На песке, ближе к двери грузовика, которая со стороны водительского сидения, лежал искровавленное тело человека, а возле него и труп муравьиного льва: это истекал кровью Авель.


    “Авель.” – Картограф добрался до него, падая на ноги.


    “Иди друг… Иди, по следам… А меня уже… Не спасти.” – сквозь боль говорил Авель.


    “Давай я тебя перевяжу и дождёмся помощи.” – ответил Картограф, копошась в подсумке.


    ”Поздно… Даже если они придут на помощь, тебя убьют… Ты подписался на смерть, когда поехал.” – закашлялся Авель.


    “Пёс с ним, я тебе помогу и уйду!” – тот уже вытянул бинт, распаковывая его.


    “Стой! – Авель рукой остановил распаковку бинта, – не растягивай страдания… Пристрели меня.” – прокряхтел Вайнберг.


    “Уверен?” – Картограф, колеблясь, подставил револьвер к шее Авеля.


    “Стреляй.” – мертвенно тихо ответил Авель.


    “. . .” – ни промолвив словечка, пулей добил страдальца.


    Картографу снова стало не по себе. Он снова убил человека. С каждым убийством, вопросов всё больше, но ощущения уже другие. Теряется драгоценность жизни в глазах убийцы. Так и в его разуме воцарилась мертвенная тишина… Он ещё больше взрастил в себе Сущность… Если не действовать сейчас, она полностью поглотит его. Он вновь упал в ярость, ударяя кулаками по песку – бессмысленно и с животной злостью. Но через короткий промежуток времени Картографа попустило. Он приподнялся и выхватил папку с картами из салона, пряча её под свою одежду.


    Шум до сих пор стоял в ушах и он был дезориентирован. Голова трещала, а ноги подводили, также буря снова набирала в силах. И он, сгорбленный, уже мелкими шажочками брёл в пустоту. А следы людей и вовсе замело. Он шёл в беспамятстве. От песка же он начинал обильно кашлять, он начал забивать все щёлки в противогазе, а в фильтре тем более. В итоге он через некоторое просто упал замертво.


    Картограф очнулся в каком-то лабиринте. Стены лабиринта были мертвенного мраморного цвета. Он стоял в центре, можно сказать, муравейника. И мог пойти он в разные стороны: три прохода вели из середины лабиринта в его тёмные пучины. Он пошёл напрямик, входя в первую попавшуюся арку. Как только он преодолел её, сзади него материализовалась стена. Густой туман заполонил всё вокруг Картографа. Он мелкими шажочками двинул вперёд, вслушиваясь в окружение. Он слышал какие-то всхлипывания на фоне.


    И вот, справа от него на определённом участке, частично развеялся туман. Он мог наблюдать душераздирающую картину: уже пожилая женщина, плакала над чьим-то трупом. Это был труп, так называемого ”Большого Ли”, первого павшего от рук Евгения. Именно после его смерти жизнь Картографа пошла по наклонной. Именно убив его, он услышал этот голос… Услышал ярко, как до этого не слышал. Хотя с виду, Ли, обычный выбивала долгов, совсем не ангел, он это делал во благо своей семьи… Эти грязные деньги уходили на его уже престарелую мать и на брата, который был лишён нижних конечностей. Он был единственной опорой и без него, семья канула в лету.


    Картограф наблюдая картину, безмолвно, с грузом на душе, двинул далее. Он начал слышать громкие крики и стоны, умирающего человека. Уже слева от него материализовалось тело верного друга и напарника Большого Ли, Филиппа. Филипп истекал кровью от ножевого удара в зону толстой кишки… Перфорация такого органа причиняла ему адскую боль. Он был вторым, кто пал от рук Картографа. В отличие от Ли, он был сиротой, молодой и неопытной. Именно его легкомысленность и привела в могилу.


    Евгений глянул и на него, продолжая дорогу. Он снова и снова прокручивал эту ситуацию в своей голове… Он спустился долги из-за пьянства и всё таки отплатил своим обидчикам… Сполна. Но стоят ли две жизни каких-либо денег? В жестокое время Альянса на Земле – да. Если бы не его старый добрый знакомый Тайлер, он и не выжил бы вовсе.


    Картограф двигал дальше. Он мог услышать уже голос Авеля, который и благодарил и проклинал Картографа… Опять, туман разошёлся и он увидел Авеля – лежащего на земле. Этому молодому человеку чертовски не повезло. Умереть в самом рассвете сил, мучительной смертью – может показаться самым страшным для человека… Он любил жизнь, держался за неё, но адская боль, заставила его умолять о смерти… Умолять о смерти весельчака, молодого, сильного человека.


    И вот, всё звуки единовременно затихли. Предвиделся свет в конце лабиринта. Туман отступал. Он опять пришёл в центр лабиринта и тот вход, по которому он прошёл и был уже закрыт огромной плитой. На плите кровью красовалась обрывистая надпись: “Скрывающий свои преступления не будет иметь успеха…”.


    Оставалось ещё два прохода. Он вошёл в правый. И вновь за ним захлопнулась стена. В этот раз, он очутился, будучи окружённым зеркалами. В них, он мог наблюдать своё отражение. Но неожиданно для него, в каждом из зеркал, начали меняться изображения. Он терялся… В каждом зеркале материализовалось своё изображение Картографа… Разный рост, возраст, даже лица на них видоизменялись. Он в растерянности смотрел в разные стороны, всё вокруг него отражалось, даже под ногами и над головой, он присел на землю, укладывая руки на голову. Но неожиданно и его тело начало меняться. Каждую секунду обретая новый облик. Неожиданно, раздался смех Сущности. Картограф с криком принялся разбивать все стёкла подряд. Он был весь в крови, но он смог вырваться и из этой напасти… Это внушало страх, боль, ненависть… А он, словно хамелеон, скрывался, менялся, подстраивался… И всё, играл другого, а не жил своей жизнью.


    Евгений вырвался на свет и опять набрёл на перекрёсток, между лабиринтами. Уже и на втором входе, на плите, появилась надпись кровью: “… кто сознается и оставляет их…”. Оставалась. Так называемая “финишная прямая”. Последняя арка, а что за ней ждало Картографа – неизвестно.


    И вот, Картограф стоя перед тёмным входом, начал слышать низкие голоса вортигонтов. Пока он был без сознания. Буря приутихла и его обнаружили вортигонты. Они перетащили его в пещеру.


    “Несём человек к старейшине.” – сказал первый вортигонт, который нёс Евгений.


    “Cha-a-a-ar’agin, a-la-gun.” – уверенно ответил второй, несущий Картографа сзади.


    И вот, они его донесли до огромного зала под скалой. Сталактиты и сталагмиты были практически везде. Раненого заволокли в кибитку старейшины и положили на хирургический стол, который не понятно как оказался в этом месте. Кроме этого, в домике старейшины варился какой-то отвар, а полки были набиты различными банками и мешочками с травами.


    “Ждём старейшину, A’mo’lar.” – томно выдал вортигонт, собирая эссенцию в лапках.


    ”Поддержим человече, Char’k’alan.” – то же начал собирать заряд эссенции.


    “Мир-р-р, вам братья!” – в свою кибитку вошёл старейшина.


    “Во истину, мир, A-rgaa-a-a.” – A’mo’lar фокусировал эссенцию на Евгении.


    “Да прибудет истина.” – Char’k’alan направил энергию Ворта на голову раненого.


    Сам старейшина из себя представлял дряхлого вортигонта с посохом и головным убором старейшины, причудливой вязанной шапкой. Он слегка отодвинул вортов и встал между ними, собирая эссенцию.


    “Этот человек важен.” – сказал старейшина, начиная обследовать тело Картографа на предмет повреждений.


    “Именно. Однако ворт его поражён, неведомой силою.” – Char’k’alan помогал вводить старейшину в некий транс.


    “Человек-борьба.” – помогая собратьям, добавил A’mo’lar.


    И вот, обследовав ворт-сущность человека, который поддался вортигонтам, они начали его раздевать и осматривать уже на вид внешних отклонений. Они сняли с него разгрузку и расстегнули балахон. Под ним красовался лёгкий бронежилет. А в массивных карманах плаща, ворты могли обнаружить папку документов, которые выпали, при его снятии. Старейшина на момент посмотрел на папку и обнаружив знак лямбды, немедленно открыл папку. Очевидно, он лучше всех из вортов понимал человеческий язык. Пока он изучал документ, его напарники-ворты уже полностью раздели картографа, вплоть до трусов.


    “И правда, важная персона он, Сопротивления боец.” – изучив документ, сказал старейшина.


    “Имен-но.” – ответил A’mo’lar, поставив свою конечность на грудную клетку Евгения.


    “Зелье надобно ему и головы лечение.” – сказал третий вортигонт, осматривая голову.


    “Мы излечим его и оставим с записью такой и в городе Семнадцатом и будет делать он, что знает.” – с неким воодушевлением проговорил ворт, начиная мешать снадобье для человека, на импровизированной печке.


    Тем временем, Картограф уже вошёл в последний вход. И вновь захлопнулась за ним массивная стена. На этот раз, в пустоте, поднялся багряный туман. Кроме того, холод адский окутал его. Неожиданно, прямо из ниоткуда на него с ножом разбежался Большой Ли и начал кромсать ножом его плоть. Картограф никогда не чувствовал такой боли. Неожиданно, к нему присоединился и вторая его жертва – Филипп набросился на него с таким же ножом, изрешечивая ему полость живота. Но он не умирал, а продолжал жить, крича от боли. Неожиданно, в его голову прилетела пуля из револьвера и он громко закричал, отрыгивая кровью… Но не умирая…


    “А-а-а-а-а! Прости, прости, ПРОСТИ! Я… ВИ-НО-ВАТ!!! А-а-а-а-а-а-а-а-а!” – адски кричал Картограф.


    И вот так его колошматили ещё около минуты. Он закрыл глаза и открыл их вновь, уже оказавшись в знаком ему помещении. И третья стена была замурована, с надписью кровью: “… А кто сознается и оставляет их, тот будет ПОМИЛОВАН…”. В итоге, если прочитать слова по порядку, можно было собрать предложение.


    “Скрывающий свои преступления не будет иметь успеха; а кто сознается и оставляет их, тот будет помилован.” – томно и трусливо сказал Картограф. Всё вокруг затряслось и начало исчезать. И вот, он снова в кромешной темноте. Сущность опять явилась к нему.


    ”Да как ты смел, как смел просить прощения у этих негодяев! Ты пошёл на поводу своей души, ты марионетка! Ты должен был следовать мне…” – Сущность, не закончив предложение, исчезла в пустоте, ушла прочь. Складывалось чувство, будто разум Картографа овил щит самосознания и благоразумия, который изолировал его от пагубного влияния Сущности...


    Пустоту заполнили странные звуки помещения и гул людей. Он постепенно открыл глаза и очнулся. Он был перебинтован и при нём остался лишь старый балахон и рюкзак… И револьвер и бронежилет, даже гранату унесли… Кто-то успел наживиться на нём. Но того глупца не заинтересовали документы, что было счастливой неожиданностью для Картографа.


    И что же его ждёт в новом месте? Что приготовил ему славный ИСС-17? Может быть, новую жизнь, а может забытьё…


    “Я покажу всем и обрету власть, власть над всеми… А главное над собой!” – сказал Картограф, поднимаясь и отряхиваясь от пыли.


    Если конечно, его сущность не пробудится от нового насыщения и не пробьёт щит его благоразумия после нового злодеяния…


    Но надолго ли?



    STEAM_0:0:181457023
    Квента на Синдикат.

    Это моя первая полноценная квента, ещё такого я никогда не писал, по этому не серчай-те, если где-то есть сюжетные дыры или ошибки, как смысловые, так и грамматические. Почему Синдикат? Потому что у этой фракции есть расширенные возможности взаимодействия, с другими фракциями, такими как Беженцы и Сопротивление. Всё-таки хочется вложить и свой вклад в развитие Запретного Сектора, который на данный момент переживает не лучше времена. Приветствую и рад любой критике! Благодарю за прочтение текста и данной аннотации.
     
    Последнее редактирование: 5 окт 2021
    Rayman, Frodo22810, Unreal.Nikita и ещё 1-му нравится это.
  3. Unreal.Nikita

    Unreal.Nikita Well-Known Member

    65
    811
    83
    О, это же продолжение той самой квенты которую я ждал год.
     
    Тарган нравится это.
  4. Тарган

    Тарган Well-Known Member

    58
    3.477
    83
    Производственный процесс встал, причём ещё надолго.
     
    Unreal.Nikita нравится это.
  5. Канцлер

    Канцлер Member

    4
    35
    13
    (Понятия не имею, что случилось со вставкой цитат, так что читайте так)
    ВСТУПЛЕНИЕ

    Приветствую! Данная работа висит наверху, никем ещё не тронутая, поэтому мой взор обратился именно на неё. При чтении я ссылался на то, что наконец увижу хороший результат. А что в итоге получил? Квента сырая, это видно невооружённым взглядом: куча орфографических, пунктуационных, синтаксических ошибок и прочего сюжетного хлама, нагруженного поверх тонны текста. К счастью, ей не год, а потому автору даётся шанс всё исправить.
    Это, конечно, хорошо, но схема "Моя первая... > Я его убил... > Пришельцы с красным глазом > Не серчайте..." уже нашла начало и конец в твоём послесловии. Лично я очень надеюсь(-ялся), что цепочка не продолжится, потому перехожу непосредственно к самой рецензии, ведь работа на синдиката, а у них, как известно:
    ГРАМОТНОСТЬ

    Орфография

    К счастью, текст небогат на орфографические ошибки, но всё-таки они есть. Видимо, правкой в Microsoft Word опять пренебрегают, хотя это очень действенный метод, с помощью которого убирается большая часть как орфографических, так и пунктуационных ошибок. Есть время поправить, так что всё в руках автора. Переходим к перечислению части ошибок в тексте:
    Здесь не ставится дефис, пишется раздельно:
    Слитно:
    Слитно:
    Раздельно:
    Раздельно:
    Такого слова нет, есть арматура:
    Дальше продолжать не стану - оставлю дело самому автору: там осталось не так уж и много ошибок. Другое дело пунктуация, к которой мы плавно перетекаем.

    Синтаксические и речевые ошибки

    Очень много ошибок, чего только не нашёл после того, как перечитал текст ещё раз. Раз начал рубрику "Смехопанорама", то нужно продолжать:







    На поправку, от остатков найденных синтаксических ошибок тоже нужно избавляться.

    Пунктуация

    Автор, ознакомься, пожалуйста, с правилом постановки запятых в предложениях, потому что это не идёт ни в какие ворота: очевидная постановка знаков препинания не соблюдена, и на фоне всех орфографических ошибок в тексте это
    попадается чересчур часто. В нескольких частях работы проскакивают бессмысленные деления троеточием предложений, зачем - непонятно. Такая же песня с точками, к примеру я добавлю этот фрагмент:
    Как я уже писал, вставки запятых и прочих знаков препинания куда попало - один из признаков того, что нужна доработка ( а она в твоём случае очень нужна ). Всё ненужное убрать, нужное - добавить.

    Прямая речь

    Правила соблюдены, разве что возмущает частота использований слов автора. Это не есть хорошо, можно бы и удалить несколько, чтобы не было вот такого:
    [QUOTE="Тарган, post: 167368, member: 4339"]"О, привет!" – сказал Вайнберг, уплетая блюдо.

    "Доброе утро." – ответил, держа в руке вилку, уставился на макароны, не начинал есть их. Он предельно изучал состав, то, что положили в местной столовой на тарелку.

    "Ну, чего ждёшь, а? Посолить?" – попивая отвар сказал Вайнберг.

    "Нет, спасибо." – Евгений через силу начал поедать блюдо.

    "Я вижу, ты у нас тихоня скромный Я вот водитель со стажем... Ну как сказать, у меня шесть удачных рейсов, что является редкостью среди наших. А водить меня учил ныне покойная легенда Сопротивления. Герман." – сказал Авель.

    "Меня прозвали Картографом, из-за моих способностей в Географии. Когда-то, в былые времена я научился всем этим навыкам. Однако ничего более не помню, из "прошлой" жизни." – сказал Картограф.

    "Хм-м, интересно. А как вы сюда попали? Я вот из ячейки Города-15, как обычный боец. Не сдружился я с одним арабом в офицерском составе, да здесь оказался. Но не смотря на всё, именно здесь чувствуется дух свободы." – воодушевлённо приметил Вайнберг.

    "Я накуролесил многого, но благодаря Синклеру я оказался здесь. Он спас меня." – явно вздыхая ответил Евгений. Его зрачки слегка расширились, а действия замедлились. Но спустя мгновение он продолжил спокойно есть, кое-как осматриваясь по сторонам.
    [/QUOTE]
    Есть и отдельные случаи:
    [QUOTE="Тарган, post: 167368, member: 4338"]
    Спустя некоторое время собеседника Евгения,
    окликнул громогласный голос повстанца:

    "Товарищ Лейтенант, прошу вас к главной платформе для отправления!" –
    крикнул повстанец, продолжая движение дальше.
    [/QUOTE]
    Зачем слова автора в этом месте, если сверху уже написано то, что он окликнул Картографа? Это я видел несколько раз, автору совет прочесать текст. Претензий, кроме перечисленных, больше нет - осталось лишь исправить.
    На этом раздел "Грамматика" закончен, тем самым мы переходим к сюжету - несущей конструкции всех работ.

    СЮЖЕТ

    Зачин

    В прологе первым делом читателю предоставляется неплохое вступление с описанием окружения, достаточное для понимания места действия. А вот с персонажами уже туговато: выдаются на обозрение два человека, с каким-то диалогом, а после выдаются их имена. Не посредством действий со стороны персонажей, через описание предмета, а простое:
    [QUOTE="Тарган, post: 167368, member: 4339"]"Ни пуха, ни пера." – с долей уважения проговорил Тайлер.[/QUOTE]
    То же самое и с Картографом:
    [QUOTE="Тарган, post: 167368, member: 4339"]"Я достаточно облажался, что было, то было... Ладно, спасибо хоть за это.– у Евгения "Картографа" на лице проявилась кислая мина.[/QUOTE]

    Сам же Главный Герой, постоянный участник действия, описан не очень хорошо.
    [QUOTE="Тарган, post: 167368, member: 4339"]В его глаза неожиданно попало его отражение. Холодная сталь, отполированная, в которой он мог увидеть... Себя... Убогого, безумного, параноидального алкоголика, прогнившую до основания личность, мотивы которой остаются непонятными. Как только он развернул свёрток и он увидел, в его глазах загорелся огонь. [/QUOTE] Это как же нужно повернуть отполированный револьвер, чтобы он так отражал лицо Евгения? Странный способ передать его внешние данные, и уже через них личность Главного Героя. Можно придумать что-нибудь более сносное ( то же зеркало, лужа на земле и тому подобное ), хотя это уже придирка. Главным вопросом остаётся то, что каторжника взяли на такое ответственное задание, безо всякой причины: она не описана - о том, что он разбирается в картах, я узнал только во второй главе!

    Дальнейшее ознакомление появляется уже в первой главе. Мне пришлось перечитывать текст для того, чтобы до меня наконец дошло, что место действия взято из воспоминаний персонажа. Конечно, ведь граница между реальным временем и мыслями персонажа(прошлым) ограничена одним предложением в конце пролога: [QUOTE="Тарган, post: 167368, member: 4339"]Воспоминания начали воспроизводиться в его голове.[/QUOTE]
    Чтобы у других от таких переходов не путались мысли, автору совет расписать побольше о переходе к воспоминаниям, например в начале первой главы впихнуть что-то по типу:
    "Сквозь чередующиеся картины прошлого, пережитый ужас, что со временем терял оттенок и уходил в небытие, в голове возникло отчётливое изображение хвойного леса, улочек на европейский лад..." (дальше додумай сам)
    А вообще назначение первой главы непонятно: какие-то коллекторы, город, голос чёрного силуэта и призывы зарезать двух китайцев. Хоть основная цель была впихнуть именно сущность, - конец с которой является жирнющей отсылкой, на которую я сошлюсь позже - никакого смысла она не несёт, разве что заморочить голову каторжнику. Смысл байки о каком-то пожилом "леснике" я тоже не понял - видимо, неудачная попытка украсить текст отсылкой на Рейвенхолм, на что напрямую отсылают фразы:
    [QUOTE="Тарган, post: 167368, member: 4339"]В те лихие места даже ворона не залетит. А вот нежить он притягивает, батько он им.[/QUOTE]

    [QUOTE="Тарган, post: 167368, member: 4339"]Никогда, запомните, никогда не ходите в сосновый бор.[/QUOTE]
    По окончанию первой главы мы получили не так много информации о Главном Персонаже, как о преследующем его голосе сущности и о самой сущности в целом, которая так и норовит вызвать у Картографа беды с головой - своеобразная пародия на шизофрению (может на это акцент и ставился). Появившиеся персонажи - ненужный багаж, который навалился на голову, за исключением Главного Героя, хотя и он недалеко ушёл. Выдача каждому из них имён предполагает за собой хотя бы минимального описания внешности, характера, а у них это большой кусок из требуемого отсутствует в первой главе, но вдруг появляется в последней (за исключением лейтенанта, его выкинули как мусор). Хвалю за попытку нормально ознакомить читателя, но это только попытка. Минус в копилку.

    Завязка

    Если я буду писать вот так, то от этого хоть что-то поменяется?
    Переходим к завязке, что происходит во второй главе. Здесь уже нащупывается переход, это само по себе хорошо. Знакомство у входа в бар описано нормально, слабо, но всё-таки просматривается образ Авеля - хорошее начало. Дальше, Евгений переходит к поляку Гжегожу - автор точно отсылается на Гжегожа Бженчишчикевича - который, после короткого диалога, так и остался в голове старым ляхом, ненужным второстепенным персонажем, использованным только для того, чтобы раскрыть Картографа, отдать ему карту, да и попросту для вставки фрагмента из фильма. А дальше плац, знакомство со временными напарниками, Купером и Клименко, которые тоже показаны никак. Ввод в курс дела показан нормально - четвёрка включена в ведущую группу, назначены места, разве что информации о проложенной траектории фактически никакой, так как её показывают уже в третьей главе, зачем - непонятно. А это вставка с умозаключениями в два абзаца ничего нового не преподнесла, только то, что он память потерял. А где же это уже было? [QUOTE="Тарган, post: 167368, member: 4338"]"Ну... История, так история. Знаете, почему меня назвали Картографом? – вздохнул, да нехотя, явно натянутой интонацией продолжил молвить. – Так вот, увлекался я когда-то топографией... Наверное. Или даже учился. Я мало что помню о прошлом и сам не понимаю почему. [/QUOTE] Может так даже и лучше.
    Продолжается завязка уже в третьей главе, появляется это:
    [QUOTE="Тарган, post: 167368, member: 4338"]
    "Я вижу, ты у нас тихоня скромный Я вот водитель со стажем... Ну как сказать, у меня шесть удачных рейсов, что является редкостью среди наших. А водить меня учил ныне покойная легенда Сопротивления. Герман." – сказал Авель.

    "Я накуролесил многого, но благодаря Синклеру я оказался здесь. Он спас меня." – явно вздыхая ответил Евгений. Его зрачки слегка расширились, а действия замедлились. Но спустя мгновение он продолжил спокойно есть, кое-как осматриваясь по сторонам.
    [/QUOTE]
    Кто эти люди? Ноль описания, ноль дальнейших упоминаний - сиди думай, что это за дружки-пирожки такие, хотя бы диалог в столовой немного раскрыл Вайсберга. Во время поездки, начале третьей главы, наконец раскрывается кто-то, кроме Вайсберга и Картографа. Но вместо ожидаемого раскрытия персонажа, я получил вставку мыслей Купера - дохлый приём, ведь акцент должен делаться на главном персонаже, его мыслях, а не того, спойлер, кто помрёт к концу квенты. Смерть его жены вообще никак не трогает, не говоря уже о ненужности этой бабы в тексте. Натянутые отношения с Авелем можно было бы показать и во время строя на плацу. Ну а Клименко... А что Клименко? Он так и остался пустышкой с пулемётом. И вот, начинается самая напряжённая сцена: нападение муравьиных львов.

    Кульминация

    Самая удавшаяся часть работы. Нападение муравьиных львов и мирмидонта отписано на нормальном уровне, разве что смутила сцена постанывающих баб и истошные крики, непонятно откуда взявшийся туман и пелена из песка (причём в пустыне), хотя основное назначение было пересечь это ущелье и выехать на его другом конце. А сущность, что "управляла помыслами путешественников", кажется лишней, ведь она, по сути своей, живёт в голове Картографа.

    Завязка

    Сущность > переход > сущность > переход. В башке у Жени появляются образы убитых китайцев, что кромсают его на части, наконец раскрывается уже никому не нужное прошлое и цели, как я уже писал раньше, а так же другие жертвы каторжника. Попутно со всем этим происходит перестрелка со львами, смерть Купера и всей оставшейся группы - смерть последних осталась за кадром -, за исключением нескольких человек. Обыск трупа посреди пустыни, кишащей муравьиными львами, стал какой-то дырой, которую неплохо бы залатать: не может ведь чудесным образом исчезнуть целая ватага "инсектойдов" (это из "Звёздных Войн" или "Ведьмака"), хотя это тоже спорно. Наконец-то, жирнющая отсылка на G-man'а отбила всякое желание верить в такой ход сюжета, превращая Евгения в дублёра Гордона Фримена:
    ”Да как ты смел, как смел просить прощения у этих негодяев! Ты пошёл на поводу своей души, ты марионетка! Ты должен был следовать мне…” – она быстрым шагом двинула к нему, но за 2 метра от Картографа, странный щит зелёного цвета, будто из ворт-эссенции защитил его…


    ”Это мы ещё посмотрим!” – грозно ответила Сущность, двигая прочь…
    Для сравнения:
    [​IMG]
    Нужды делать общий итог я не вижу, так что лишь могу пожелать автору всего хорошего.
     
    Последнее редактирование: 23 сен 2021
    Vefexy [Vefexy <3] и Тарган нравится это.
  6. Тарган

    Тарган Well-Known Member

    58
    3.477
    83
    Приветствую! Благодарю тебя за обзор, разнос моей квенты. Мне нужен был холодный душ, когда я ещё писал квенту (а я просил смотреть квенту различных людей, в виду этого у меня сформировалась пелена своей самоуверенности), по этому, могу частично согласиться с сыроватостью квенты, ибо я писал отрывами (одна глава = 1 месяц, реально). Писал я только тогда, когда мог это делать (то есть, что-то в голове мне прошёптывало о том, что я сейчас смогу что-то склеить). И так, позволь мне парировать твои выводы.

    ГРАМОТНОСТЬ

    Насчёт грамотности, я полностью соглашусь, увы, литературного русского мне тяжело достичь (я родился в среде, так называемого суржика, смеси русского и украинского). Однако, это не является оправданием, я учту подмеченные ошибки и исправлю. Отдельно выделю следующее.

    Пунктуация

    Пунктуация... Это пожалуй, мой главный недочёт. Отвечу тебе одним изображением.
    Rosijska-mova-8klas-Balandina-2016-8.jpg
    Хорошо, исправим пунктуацию.

    Колорит

    Это уже оправдательный в некоторой мере пункт. Я, ненамеренно, в силу своего словарного запаса, вставлял в текст украинизмы и слова из суржика. Да, это в глазах некоторых, обедняет русский язык, но другие скажут, что это добавляет особенности, как повествованию, так и персонажам.

    СЮЖЕТ

    И вот, сейчас, настал момент мне делать то, что должен был сделать написанный мной текст. Пора разложить всё по полочкам, попутно объясняя мои посылы и приёмы, которыми я пытался добиться этого. Я намеренно не разбавлял текст изображениями и музыкальным сопровождением, пытаясь мозг читателя, анализировать это и создавать цельную картинку. Главное слово - пытался. Далее, на примере поэтапного рисования лица я тебе расскажу про скелет сюжета и раскрытие личности Картографа, на протяжении этого: face-front.jpg

    Пролог

    Пролог я написал в феврале 2021-го, в голове царила некая надежда...

    И так, задачей зачина было обрисовать образ, так сказать, нанести овал лица, а также первые начертания. Личность Картографа вовсе не раскрыта, а все сведения о нём скомканные. Ещё когда Мангуст читал пролог (спасибо ему, он в начале сего писания дал мне бесценные советы), он сказал, что диалог в прологе достаточно скомкан и тяжёл... Я как ни думал, всё равно в итоге получилось то, чего не должно было получиться, но уже в адаптированном виде.

    Увы, многое я оставил за кадром, из-за объёма. Я всё таки пишу не книгу, а лишь небольшое произведение, которое в первую очередь раскрывает персонажа. Почему же я написал сведения о том, что Картограф может разбирать карты, только во второй главе? Надеюсь, ты уже понял, что я подавал данные о персонаже, может быть, неправильно, но так, чтобы читатель смог собрать все пазлы в конце.

    Глава 1

    Главу 1 я написал в марте-апреле 2021-го, голод словарного запаса, смущение...

    Я намеренно размывал границу между реальностью и внутренним Картографа вначале произведения и делал это всё меньше к концу, дабы описать постепенное разграничивание в разуме Евгения бытия и небытия.

    Я бы написал просто про сущность, но к этому нужна была подводка, которую я попытался сделать достойной, добавив отсылку на Half-Life 2, что я и повторял на протяжении произведении, так как оно не просто косвенно, а напрямую связанно с игрой.

    Лейтенант был, можно сказать, одним из винтиков, на одной из опор, которые держат повествование квенты. Да, я от него избавился, но дальнейшее его фигурирование в произведении либо было бы абсурдном, либо требовало увеличения объёма.

    Глава 2

    Главу 2 я написал в июле 2021-го года, пора бы уже закончить её...


    Придирка. Я бы сказал очередная, но я тут обращаю внимание не на придирки, а на слова и выводы, которые реально стоят внимания.
    Впрочем, это квента на каком-то сервере в какой-то игре, на которую я трачу время... А надо-ли?. Порой, мне кажется, что не стоит оправдываться по каждому поводу... Но, у меня другие мотивы. Хочется с чего-то начинать, а начать с малого - лучший выбор.

    Я попытался раскрыть персонажа, который повлиял на дальнейшую историю Картографа... На его мышление, возможно принципы. Согласен, я его скудно раскрыл, но знаешь, в чём загвоздка? В том, что если я буду каждого персонажа раскрывать должным образом, то раскрытие всех персонажей, займет больше объема, что будет ещё медленнее двигать сюжет.

    Ну, это мой прокол, понимаю, но как указал я выше, это лишь растянет текст. Посмотрим, как исправить.

    То, что и сверху. Этот персонаж самый сырой, говорю я, ибо я ему изначально не продумывал какие-то особенности и черты характера, служит определённой затычкой, тёмная личность в компании трёх персонажей.

    Глава 3 и глава 4

    Главы 3 и 4 я написал в конце августа 2021-го года, это было мимолётно...


    Эти главы я написал на лёгком дыхании. Всё шло гладко, даже подозрительно, по сравнению с другими главами. Однако и здесь у меня есть изъяны, которые я признаю и немедленно исправлю.

    Суть данного эпизода... Вновь нагнать жути. Просто я захотел в историю добавить немного необъяснимого... Концепция данного ущелья - была взята из "Рубца", в Зове Припяти... Данная попытка, оказалась, как я понял, неудачной. Исправлю на что-то более сносное... Сделаю галюны только Картографу.

    Искупление

    Искупление... Черт возьми, это было сложно. Написал я её, за день до релиза.

    И вот, самая, как по мне многострадальная и хромающая на костылях часть... Я натягивал градус напряжения... А в конце, сделал жирную отсылку, которую лучше бы и не делал. Я переработаю концовку квенты и сделаю её более сносной и не скомканной.

    Выводы


    Я всё обдумал в голове и принял решение: добротно поработать над вышеуказанными пунктами. Пусть, я совершил много ошибок, но многое и уяснил. И да, ещё раз спасибо тебе за обзор.
     
    Последнее редактирование: 23 сен 2021
  7. Бруня Брунькофф

    Бруня Брунькофф Horned contributor

    356
    5.633
    93
    ты хотя бы перевод знаешь слов которые поставил в заголовке
     
  8. Тарган

    Тарган Well-Known Member

    58
    3.477
    83
    Помни о смерти.
     
  9. Frad

    Frad Well-Known Member

    50
    1.416
    83
    омг дэд бай дейлайт на постбеллуме
     
    Nevix нравится это.
  10. Копченный

    Копченный Well-Known Member

    26
    767
    78
    опять токсичный ген раш
     
  11. Тарган

    Тарган Well-Known Member

    58
    3.477
    83
    Что за пиздец вы здесь устроили?
     
  12. Тарган

    Тарган Well-Known Member

    58
    3.477
    83
    Сразу говорю, в эту игрушку никогда не играл и не шарил. Почему так назвал квенту? Потому что, в повествование вписана сущность Картографа, которая пытается манипулировать им... Сущность=смерть... И чем больше он слушается Сущность, тем ближе к нему коса Смерти. Я перебирал много крылатых фраз и черновым названием было "Adversa fortuna", то есть, неблагоприятная удача. Но в последствии, сюжет поменялся, следственно, название тоже.
     
    Cheeki-Breeki нравится это.
  13. Тарган

    Тарган Well-Known Member

    58
    3.477
    83
    К слову, @_Only_, квента готова к проверке, некоторые моменты я подправил, где-то переписал.
     
  14. Wait u r not british?

    Wait u r not british? Well-Known Member

    94
    549
    83
    Какие древние слова. Сейчас они равны молитве, произнесенной в окопах под градом пуль в надежде на помощь от каких-либо божеств - веришь ты в них или нет. Человек даже не знает слов молитвы - он лишь повторяет "Отче наш, ежи есть на на небеси... Спаси и сохрани". Как и на войне - в разделе "Квенты" не верующих нет.
     
    Тарган нравится это.
  15. Тарган

    Тарган Well-Known Member

    58
    3.477
    83
    Я верю в Кузьму, он жив и под Самбором пасёт овец.
     
  16. Канцлер

    Канцлер Member

    4
    35
    13
    @Тарган, это окончательный вариант работы?
     
  17. Тарган

    Тарган Well-Known Member

    58
    3.477
    83
    Перепроверю текст, отпишу сразу.
     
  18. Тарган

    Тарган Well-Known Member

    58
    3.477
    83
    Квента полностью готова к проверке.
     
  19. Канцлер

    Канцлер Member

    4
    35
    13
    Комментарии от пользователей не соответствуют правилам для критикующих: здесь должна быть конструктивная и обоснованная критика, а не одно предложение, и то в юмористической форме. Если хотите похвалить автора - милости прошу в "Переписки", общий чат форума, дискорд проекта и т. д. На данный момент я закрываю глаза на оставленные отзывы, - если их таковыми вообще можно назвать - но в последующих работах будет введён контроль и наказания, в соответствии с установленными нормами. В качестве ознакомления оставляю ссылку: https://postbellum.ru/threads/pravila-dlja-kritikujuschix.1787/

    Во время прочтения квенты, я не заметил изменения, разве что в концовке, а так же пару исправленных ошибок. Работа недалеко ушла от того уровня, на котором была ранее: всё ещё появляются вопросы к её сюжету и логичности. Герои по-прежнему остались пустыми, как и ненужные вставки в некоторых фрагментах текста - говорю я, конечно же, о моменте с Купером, Бжегожем, сущности. В ходе повторного анализа, осознаётся неполноценность Главного Героя, да и Вайсберга, единственного персонажа, который из всей тройки (говорю я о Купере и Клименко) получил какой-никакой образ. Не исправлен зачин, где до сих пор я узнаю о его имени не от окружения или в результате взаимодействия с лейтенантом - он, кстати, так и остался никому не нужен, исчезнув где-то в тексте с единичными упоминаниями - а уже от самого автора. Лично для меня этот момент сразу бросается в глаза, да и для многих, возможно, тоже.

    О нужности сущности в тексте я не могу сказать абсолютно ничего: автор попытался делать акцент именно на ней, но, по сути, та не ввела красок в общую картину происходящее. Её история возникновения в голове у "Картографа" тоже умалчивается, да и я не в силах понять причину такого резкого появления "разума" в голове у здравомыслящего человека - всё-таки явно прослеживается какая-то параллель с психологическим заболеванием, завуалированная под попытку показать подобие G-man'а или "чёрного" из Метро 2033. Идея с лабиринтом тоже, скорее всего, взята из работы студии 4A games
    [​IMG]
    Я был бы не против, если бы это не было преподнесено пусто и сухо. В итоге, большой кусок текста попросту оказался ненужным.

    Концовка оставила без какой-либо информации о его дальнейших действиях, непонятно куда исчезли вортигонты, почему его обчистили и где он вообще по итогу очутился. Это осталось для меня чем-то странным:
    То ли я не понимаю, что автор хотел этим передать, то ли это какая-то очередная ненужная вставка. По итогу вышло то, что вышло: пустая концовка, не столько ответившая на вопросы его дальнейшего будущего, сколько вызвавшая дополнительные, на которые ответов уже нет.

    Думаю, можно обойтись без подведения итогов и сразу поставить оценку ОТКАЗ. Синдикат явно не получился, с максимальной натяжкой тянет на беженца. Текст нуждается в редактировании, но такого объёма работа изменит всё до неузнаваемости, так что смысла в дальнейших правках вижу мало. Всего доброго.
     
Статус темы:
Закрыта.