| Тлен |

Тема в разделе "Квенты", создана пользователем Ryhizuke, 29 окт 2021.

?

Стоит ли писать квенты далее?

  1. Да.

    22 голосов
    75,9%
  2. Нет.

    7 голосов
    24,1%
  1. Ryhizuke

    Ryhizuke Member

    40
    99
    18
    Тщетность бытия и полное отречение. Смысл существования и продолжения рода. Пропадает все так резко, так мимолетно. Будто не существовало и вовсе... Возможно, мы обрели новый покой, новые знания. Смирились с положением, не наложив на себя руки. Кто-то будет против, а кто-то решится принять эту сторону. Сторону, где человечество встанет на новую ступень. Эволюция – процесс неизбежный. Все это знали и никогда не забудут. В этом рассказе речь пойдёт не о ситуации в мире, а о человеке. Эта история запомнится многим, а может и наоборот — никому. Пока в этом мире есть небо, будут и звезды. И звезды бывают разными. Одна из таких теплых и мелких звёзд – Саймон Келлари.

    564F438B-4DD3-425A-9A0F-45F19FC0E7DD.jpeg

    Начало.

    Во Втором секторе царила зимняя, облаченная холодом погода. Мороз рисовал узоры на деревянных окнах, а на асфальте укладывалось снежное полотно. Жизнь здесь была суровой, погода задавала свою атмосферу: тусклое, затянутое тучами небо, минусовой градус. Люди одевались в дубленки, пальто и брюки. Действительно тёплыми они были далеко не у всех, поэтому многие простужались. А, впрочем, везде было холодно, не спасало даже отопление. Сектор представлял собой территорию квадратной формы с плотной многоэтажной застройкой. Серые однообразные дома располагались по всему жилому сектору. Тусклые фонари, мрачные улицы и бредущие по ним патрули сотрудников Обороны. Это больше напоминало транзитный пункт, нежели какой-то промышленный городок. Всё казалось таким мрачным. Единственное, что выбивалось — Нексус Надзора. Его высота была практически как целый город во всю его длину. Немногим выпало счастье наблюдать за повседневной рутиной с высоты птичьего полета. Там, на самом верху, человеческие души как будто стелились у ног нашего главного героя. Тлеющая обстановка и гробовая тишина, просторная комната и о чём-то задумавшийся Саймон. Слабое освещение, ковёр под ногами, замерзшее стекло «панорамного» окна, которое заменяло целую стену. Оно зловеще потрескивало от любого дуновения ветра. Красивые рисунки, залипшие снежинки — дар, медленно разносимый ветром. Дар свыше, дар с неба, которое, казалось, тоже досталось нам от Покровителей. Именно так размышлял человек, уходя в свои мысли.

    Среди блеклого тумана снежной метели ученому удалось разглядеть человека. В самом низу, прямо на центральной площади, лежал мужчина в тоненькой куртке и джинсах. Он лежал прямо на сыром холодном полу из брусчатки. Погибнуть от холода — это ужасно, особенно, если о тебе никто и не вспомнит. Разум Саймона посещали эти мысли, они вдохновили его взять заготовленную со стола бумажку и что-то на ней писать. Что-то достаточно трогательное, что посвящалось некой девушке. Послание было надежно спрятано в потайной карман халата, автору показалось оно достаточно открытым и кратким. Он не переставал задумываться над тем, что же будет после смерти? Как человек науки, он понимает, что вероятнее всего — ни-че-го. Ничего его не ждёт, но в глубине души он надеется, что окажется не прав. Должен же быть шанс на то, что погибшему будет дан второй шанс?.. Человеку склада Саймона всяко проще было принять версию, что его ждет что-то после смерти и не все напрасно на пути.

    Позади Келлари послышались тихие, еле слышимые шаги. Похоже, кто-то зашёл внутрь, но Саймон стоял как вкопанный, не поворачивался. А за окном всё по-прежнему. Лишь спешащие к телу фигуры оживили трагичную картину. На выручку подоспела пара офицеров Гражданской Обороны в потрепанных утепленных шинелях поверх стандартной формы. Те истошно пытались оживить и согреть бедолагу, но счастью не было суждено сбыться. Тем временем, позади послышался обеспокоенный женский голос:” Саймон?”. Тот лишь вздохнул, опуская свой взгляд на ковёр. Главный герой держал руки на груди, скрестив те и сгорбившись в осанке. Сутулость была вызвана легкой дрожью по телу и нет, не от холода, а от собственных мыслей. “Саймон, чтобы ни случилось, знай, я всегда рядом”, - вновь послышался голос молодой особы, но уже прямо за спиной Саймона, что заставило того слегка повернуться в сторону говорящей. Его голубые глаза смотрелись сейчас особенно разбито и бездушно. Девушка же приблизилась к тому ещё ближе. Их взгляды пересеклись. Она лишь плавно протянула свою правую ладонь к бледной щеке Саймона. Послышался подавленный, но всё же мужественный голос. “Алиша, если я умру, то кто будет с тобой? Как мы продолжим наше общее дело?” – после сказанного девушка еще более обеспокоенно оглядела собеседника. “Саймон, никогда! Слышишь меня? Никогда, не говори так и даже не думай об этом...” – пролепетала девушка как по методичке, отчасти та сама не верила в свои слова. Они же не вызвали никаких эмоций у мужчины. Оба они на вид были как люди за тридцать, многое было пережито ими, многому только предстояло произойти. Саймон опустил свой взгляд. Никто из них сейчас не улыбался, не было повода. Лишь искра страсти в молодых людях начала греть их тела. Реакция между ними вовлекла их в тонкий поверхностный поцелуй, как бы уводящий обоих из этой вселенной, от этих проблем и навязчивых мыслей. Хочется уж сразу сказать, что такие дешевые трюки не уберегли их от реальности надолго.

    На улице продолжала бушевать вьюга. Сопротивление ей оказывали лишь пара юнитов, вытягивая невольника из-под снежной стражи. Открытые участки кожи на его теле уже покрылись тонкой коркой льда, сердцебиение слабело под действием отрицательной температуры. Становилось понятно, что спасение не удастся. Спустя время душа покинет тело, как тело исчезнет с площади. Беспощадный климат ежегодно губит сотни жизней, не оставляя тем шанса на выживание. Именно над этим работает Саймон, его цель – давать людям шанс, помочь им любой ценой. Его натура располагает к состраданию, поэтому он не против заниматься столь полезным делом.

    86810122-684B-4C1F-A3B1-A57B4BDDA9CA.jpeg

    Роковой час.

    Дневное время суток прошло незаметно, к вечеру Саймона вызвали на своё рабочее место. Лоялист молча собрался и встал около выхода из своей комнаты. Спустя пару мгновений, вход открыл солдат БЕ Альянса, который процедил лишь одну фразу: ”Третий, за мной”. На другой стороне этажа, располагалось его рабочее место с остальными учениками. Всего их было трое: Алиша, Кёртис, который ярко выделялся от других интернов очень смуглой, практически черной кожей, и непосредственно Саймон. Все они являлись не более чем группой учеников. Эти люди были отосланы с разных секторов на обучение по узким специальностям. Саймон, войдя в помещение после солдата, мог заметить, что здесь нет окон, и лишь хорошее освещение с потолка. Помещение больше выглядело как некий погреб, но сотрудникам предписано тут работать. Мебели и оборудования стояло по мелочам, был стол, шкафчики, стулья. Все было очень стерильным, а сам сотрудник был в лабораторном халате, что закрывал одежду. На его лице была маска, а на ладонях перчатки, как у всех присутствующих внутри.

    – Саймон… Как раз тебя и ждали. Уже думали не придешь сегодня. - проговорил вяло чернокожий, которого называли Кёртис. По его голосу сразу было понятно, что тот не очень рад встрече. Сам же Келлари одобрительно кивнул, хоть и не был добр к тому, пройдя и не касаясь руками двери. Дверь была автоматической, и при датчике движения рядом, сама открывалась закрывалась соответственно. В помещении царила гармония из тишины и спокойствия. Солдат же, стоял около выхода из помещения, пристально глядя своими окулярами на людей. По центру стоял ранее упомянутый длинный стол, но не широкий, на хорошей опоре. Под ногами ничего, при длительном осмотре шкафчиков можно было понять, что они из стали и на замке. Двое из команды уже сидели за столом, рядом друг с другом. Саймон никак не отреагировал на то, как близко они сидели друг к другу, а лишь прошелся и молча сел за стул рядом с Алишей.

    – Что по поводу материала? Нам надо его сдать уже сегодняшним днём, надеюсь, все готовы? - процедил Саймон, холодно глядя на девушку и поправляя воротник халата, хотя он сам понимал, что его спокойное поведение было не более чем защитной реакцией на стрессовую ситуацию. Алиша же немного подсуетилась, не узнав в этих словах знакомого себе чуткого и мягковатого Саймона. Чувствуя легкое раздражение в его словах, та ответила ему незамедлительно: “Он… Кхм, прекрасно обработан, но, нужно подстроить значения, стоило бы обратиться к преподавателю за советом...”. Объективно было понятно, что фраза была сказана будто по сценарию, Саймон даже не понял, о чем она конкретно. После та резко перешла на шепот, приблизившись к герою: “Чертежи прямо под столом в отсеке, не знаю как их спрятать обратно в шкаф… Пока солдат вышел, мы… не успели убрать их”. Последнее предложение было очень неуверенным, будто Алиша сама не поняла, что тогда произошло. Сказав все и по порядку, дама опустила взгляд на стол, не желая даже смотреть Келлари в глаза. Саймон мгновенно насторожился, а со лба потекло несколько капель пота, взгляд его на несколько секунд приобрел осуждающий и обвиняющий вид. Возникало ощущение, что Алиша испытывает сильный стыд и гнёт одновременно. Эта команда прекрасно знает, что будет за неисправное выполнение приказов. Методы наказания в виде стерилизации практикуются на таких сотрудниках очень редко.

    — Саймон, ты ведь родом из этого сектора… Верно? — задался вопросом чернокожий, не показывая ярко-выраженного интереса, а лишь лениво высказываясь. По его манере общения, можно было заметить легкое подтрунивание. Келлари ответил не более чем таким же тоном, спустя пары секунд осмотра материала: “Да. Я в Сити-2 довольно продолжительное время живу…” Он немного опустил свой взгляд и приступил аккуратно осматривать документы, изредка приглядываясь на солдата. Кертис же внимательно обдумывал события до этого проклятого дня. Он что-то испытывал на душе, что-то не из чреды благородных чувств и что-то болезненное, будто от него что-то скрывают. В глубине души он прекрасно понимал какое конкретно чувство испытывал, от чего злость брала его все сильнее. С каждым днём тот понимал, что отношения между ним и Алишей разрушаются. А всему виной Саймон, из-за чего его и ненавидит афроамериканец. Однако, Саймон пытался как-то говорить с Кертисом говорить нормально, всегда стараясь того успокоить и избежать конфликта. “Мы с Алишей из 24-го Сити... Как жаль, что тебя не было с нами, хотя оно и к лучшему…” — проговорил достаточно злобно Кертис. Алиша даже в такой обстановке пыталась разнять молодых людей и чуть задела Кертиса локтем, явно намекая прекратить провокации, впрочем, это не помогло остудить ситуацию. Кертис и Саймон с каждой минутой все сильнее и сильнее были напряжены, приготовившись высказать друг другу все, что думают о происходящем. Саймону было болезненнее всего осознавать то, что между Кертисом и Алишей были раньше отношения и были они реальными, он не может наверняка знать не сохранились ли они сейчас. По крайней мере, так всегда казалось главному персонажу, ведь обучается он в этой среде не более месяца и не знает историю наверняка. Спустя пару минут молчаливых раздумий, Саймон прервал тишину и томно вздохнул, проговаривая: “Давайте о работе лучше говорить. Надо решать проблему”. Саймон кинул не самый добрый взгляд на Алишу, после же убирая взгляд обратно на спрятанные чертежи и какие-то тексты под ними, еще раз напоминая о провале порученной задачи. Британка кратко сказала шепотом для коллеги чёрного цвета следующее: “Кертис... Ты же понимаешь, что хватит уже? Все кончено, уймись… Я не хочу, чтобы вы ссорились из-за меня, прими это.”

    Отравленный чувством зависти же покачал головой, на которой была короткая стрижка, опустил взгляд и цыкнул, грубовато поправляя рукава своего халата. До того наконец-то дошло в полной мере, что их отношения подходят к концу и все благодаря ботанику. Кертис решился признать очевидное и чуть откашлялся, прибавив в тоне голоса и проговорив следующее: “У нас так мало времени, реализация сердца неуспешна, Саймон тратит время. Сейчас этот солдат узнает, чем мы тут промышляем и…” - и вот, чернокожий начал причитать сам себе шепотом, убирая взгляд от всех этих документов и прочего. Девушка же воскликнула с повышенным тоном: “Кертис! Саймон не даст... меня в обиду”. С этой фразой сам Саймон не очень то был согласен, так что тот решил прервать эпизод выяснения отношений и сказал достаточно четко: “Прекратите и помолчите хоть одну секунду! Мне нужно сосредоточиться...” В отличии от товарищей, Саймон больше был обеспокоен их дальнейшей судьбой через несколько минут, если их “внешкольное занятие” будет обнаружено, как и провал в исполнении их рабочей задачи. Их чертеж, что был поручен командующим, был готов только в теории, но на практике маловероятен. Это были две искусственных трубки на сердце, между ними же располагался оксигенатор с креплением на жировую прослойку сердца, соединяясь после с ведущими венами для кровообращения. Впрочем, Келлари выждал момент, когда солдат отвлечется взглядом от сидячего, а как тот это сделал, резко подорвался со своего места, схватив будто документы, но на самом же деле чертежи, и у умеренно-быстром темпе дошел до ближайшего шкафа. Сердце в этот момент колотилось у всех троих, как единое. Страх переполнял, ведь любой взгляд и на этом все закончится. Открывая хранилище при помощи карты и введения кода, некая двухфакторная защита, мужчина положил те самые чертежи к оксигенатору в виде прототипа без деталей внутри. Так же, из этого шкафа видно было прототип сердца, и какие-то книги. В порыве эмоций Саймон не подумал о том, что поделку его команды могут заметить там же, где заметят и неработающий прототип. Поставив все на места, Саймон настолько был увлечен в мысли и в дело укрывательства своих же преступных следов, что даже не слышал позади тревожных шепотов к себе, взывающих на реагирование. Он успел поднять со стола небольшую поздравительную открытку со сдачей вступительных экзаменов, где красовалась огромная директорская подпись и четкий номер “625”, после тот оцепенел при ее виде, из рук он ее не выпускал.

    “Саймон… Боже, боже мой…” - прошептала обеспокоенно девушка, глядя на человека, который появился позади боевой единицы. И как вы думаете, что дальше? Солдат, помолчав пару секунд, начал с шипением выговаривать фразу в сторону Келлари: “Шаг влево, лицом к стене”. Саймон не чувствовал тогда приближения, а от услышанного голоса вздрогнул, сразу почувствовав повышение температуры своего тела. Того кинуло в жар, и единственное, что тот смог сделать, так это ненароком захлопнуть за собой шкаф. Благодаря этому, Келлари смог временно выиграть себе раздумья, посмотрев на Алишу перед тем, как тот подойдет к стенке. “Что-то произошло, уважаемый солдат А-альянса? Я п-просто убирал свои рабочие принадлежности… И в-всё!..” - запнулся на последнем слове мужчина, убирая взгляд в сторону, оглядывая соответственно стену перед собой. Солдат же ясно и понятно гаркнул для всех, включая и Саймона: “Молчать”. После сказанного, БЕ достало рацию, вещая по ней.

    – 743 - 625. Прибыть в НО, возможное 647Е.

    Время шло, а ребята сидели за столом, осознавая, что вот-вот им придёт конец, если об этом узнает сам куратор отдела. И вот, Кертис вновь начинает толкать свою речь, от которой уже Саймону дотошно: “Вот так недоразумение произошло, да, Саймон?..”. Сам же чернокожий сидел и ничего по сути не делал, лишь глядя по сторонам и сидя на своем бренном стульчике, высчитывая снежинки, падающие с неба за окном: “Ну, даже если так, то отхватишь только ты? Специально чертежи не убрал, почему?..”. Алиша мгновенно собиралась что-то ответить на подобное заявление шепотом, явно не понимая такого поступка, а Келлари даже ничего вставить не успел, ошеломленный ситуацией.

    — Замолчи, Алиша. Я хочу, чтобы он страдал так же, как и я… — проговорил тот грубо и в полный свой голос, при этом злобно оскалившись и глядя на ботаника, с выпученными глазами, а солдат тем временем лишь резко развернулся к сидящим, стоя полубоком и следя уже за всеми внутри. И вот, в этот момент Саймону уже надоел досаждающий собеседник, от чего тот внезапно возразил в своей неуверенной манере: “К-кертис, это ты… Зачем? Я ведь, н-не хотел тебя р-расстраивать…” - запинаясь на некоторых словах и мельтеша глазами, протараторил учёный-интерн, после чувствуя наступившее разочарование. Он начал медленно стирать свои ногти о стенку, зажмурив глаза. Парень испытывал неимоверную боль, что оседала на душе. Тот явно был сильно обеспокоен, и не мог себя держать в руках. “Да?.. Если бы не ты, не ты… Было бы всё хорошо! Я лишь делаю только лучше!” - чуть ли не крича это, афроамериканец аналогично задержанному, перестал себя контролировать. И ежу стало понятно, что они все что-то явно скрывали. До солдата это так же дошло, между двумя мужчинами разгорелся словесный конфликт, отчего чернокожий встал с места чуть ли не моментально, подрывая за собой потоком воздуха бумаги со стола. Не удивительно, но солдат среагировал быстрее, наставляя дуло своей импульсной винтовки, с которым тот везде ходит прямиком на ноги ученого, проговаривая приказным тоном: ”Лицом к стене!”. Казалось бы, все было тихо, но пара слов и действий привело к этим необратимым последствиям. Келлари был не уверен в том, что будет дальше, а черный уже был готов вломить ему до самой потери сознания, но все же понимания ценности своей жизни не позволяла тому поднять руки и атаковать, равно как и у Саймона, который вовсе боялся конфликтных ситуаций, особенно с применением силы.

    — Саймон! Перестаньте! Вы делаете только все хуже! Мы бы все решили мирно, как и хотели!..

    Обстановка накалилась, и они уже вдвоем стояли у стенок, с противоположных концов у шкафа, но Саймон был менее резким и даже дающим «заднюю». Оба они приняли неподвижное положение, и явно был виден агрессор, в котором полыхал несправедливый огонь, что окутал его оскверненную душу.

    Ветер за окном бушевал точно так же, как и эти ребята внутри помещения. Снег набивался вихрем и оседал на землю, вновь поднимаясь от неё же вверх. Свист яростной вьюги, сгущенные тьмой облака... Атмосфера указывала на то, что явно происходит что-то неладное.

    — Ну… Что?.. Какого хрена ты нами командовал? Мы тебя назначали командиром, ботаник?! - сделав паузу, тот показал свой гнев и оскал, добавляя последнюю фразу. - Уже все равно, никто не отмажет нас, уж понадейся на мои слова! — стиснув зубы, кричащий был резко оглушен от последующего звука, напоминающего хлопок, как и все остальные ученые. Афро в свою очередь еще не осознал, но дернулся от страха, опустив взгляд на место, где проявилась резкая боль. После чего, тот заметил пробитый ботинок на ноге, и стремительно текущую кровь. Взор Кертиса тут же сменился на шокированный, то ли от боли, то ли от ситуации вообще. Он мгновенно начал немного заваливаться на спину, упираясь в стену.

    И вот, после падения, внутрь кабинета заходит юнит-куратор. Белого цвета, подобно молоку маска. Тёмная, как смола, униформа. Красные, как кровь, окуляры. Все цвета сочетали в себе невероятную яркость и метафоры, с чем-то далеко не схожим по смыслу. Юнит примерно ростом под 180-ть сантиметров встал на дверном проеме, наблюдая сия картину. Его взгляд сразу же пал на лежачего Кертиса с пробитой правой пяткой, а не на тот самый шкафчик, внутри которого должно что-то быть. Все замерли, включая и сотрудника, за спиной которого стояли еще двое солдат сверхчеловеческого отдела. “Первая, немедленно пройти лицом к стене.” — послышался во-кодированный голос, что по интонации был приказным, а по настроению сотрудника достаточно возмущенным. Алиша, напуганная ситуацией, подорвалась с места, по струнке подбежала к стенке и встала рядом с Саймоном, держа взгляд в пол. Тем не менее, Кертис посмотрел на юнита ранга подполковника, после же поднимаясь с опорой на стену и чуть ли не закричав от боли, прислонился всем весом к стенке... В взгляде Келлари сочетались боль и злоба, вызванная всем произошедшим, от боли душевной и физической. После совершенных действий, внутрь вошли солдаты, которые тут же стали осматривать помещение, что являлись охранной и постоянными сопроводительными где-либо для их уполномоченного. Тихим, но тяжелым шагом #625-й, судя по его повязке на правом плече, примкнул к столу, по пути забрав у ошеломленного Саймона открытку, что до сих пор была в его руках, после он взял в свою правую огнеупорную перчатку несколько листиков, да и другие бумаги перебрал. Мгновенно он обшарил и шкафчики, доходя до злополучного, что хранил в себе секрет. Открыв тот, его опасения подтвердились. Внутри лежало то, что не должно было вообще быть там. Взяв прототип оксигенатора в правую ладонь, уполномоченный произнес четко и ясно: “Это… Это просто мне не ясно… Данный проект запрещён, сотрудники, вы были предупреждены, вы ослушались приказа! Что прикажете с вами теперь делать?!”. После чего, в его руке данный аппарат тут же хрустнул, а открытку с поздравлением юнит демонстративно разорвал, сильно давя этим на уши Саймону. Ясное дело, такой акт разочарования командующего в нем лишь сильнее опечалил Саймона. От него не последовало ответа, а Кертис продолжал все пыхтеть и пыхтеть, словно бык на дергающуюся тряпку. Тем не менее, напряженная атмосфера сменилась на более затихающую, и не в плане успокоения, а в плане умерщвления. Повисла гробовая тишина в воздухе. Юнит грубо вздохнул, а солдаты тем временем осмотрели все закоулки, не обнаружив чего-то контрабандного/дельного, кроме того, что нашел сам зашедший подполковник. Пару секунд молчания будто превращались в минуты. Нога Кертиса истекала кровью, а тот лишь жалобно постанывал, держась кое-как от срыва.

    – Третий, с вами допрос будет отдельным, а другие два сотрудника пройдут суд в стандартном порядке. Бойцы, ведем смещение к тюремному блоку. – фраза про Третьего явно была с прямым обращением к Саймону. После сказанного полулежащего чернокожего резко подбили ударом приклада в лопатки, отчего ему стало еще больнее и тот грохнулся со всей силы на живот. После чего, его схватили за шкирку, а всех остальных вывели колонной из лекционной, удаляясь прочь отсюда.

    33258241-70BC-4B51-8208-A07D9FB1DAFB.jpeg

    Допрос.

    Мигание тусклой лампы, и холодная комната. Это была тюремная камера, самая настоящая и очень суровая. Саймон находился на стальной койке. Никаких окон и нормальных дверей, выход закрыт стальной, массивной конструкцией. Бытовали слухи, что в специально в этих конкретных комнатах “неправильных” интернов “перевоспитывали”, а возвращались они оттуда “другими”, чтобы это не значило. Комната была специально спроектирована так, чтоб давить на сидящего внутри. Какая-то злая ирония от основателей отделов, не иначе. Саймон никогда не страдал клаустрофобией, но все бывает в первый раз. Время внутри текло невыносимо медленно и мучительно, а человек, лежащий там, мог просто пялится в потолок на мигающую лампочку, других развлечений там не имелось. Саймон успел краем глаза заметить насечки на стене, которые указывали длительность проведенного времени. Насечки были выцарапаны каким-то подручным инструментом на блоках из крепкого… “камня”, что являлся составной частью стенки. Саймон не смог определить материал, но вещество явно внеземное, насечки на “камне” были общей длиной где-то в сантиметров 20. Саймон насчитал приблизительно 2 недели на этих насечках, после лишь мрачно выдохнув, понимая, что он может из этой комнаты даже не выйти более. Казалось бы, еще немного, и он свихнется, но этому не произойти. Массив открылся, а там показался и сам подполковник. Неизвестный вступил на территорию заключенного, далее вещая следующее:

    – Гражданин Саймон Келлари #26521, стажёр НО с рабочим номером 3, вы обвиняетесь в 647Е - локальные беспорядки на объекте. Встать с места. - после сказанного мгновенно наступила тишина. Скорее всего сейчас будет вершиться час суда.

    Келлари приподнялся с места, вслушиваясь в речь и выпрямляясь в спине, молча ожидая приговора, хоть и не скрывая своего волнения и страха перед тем.

    – Допрос не пойдет под запись, но мы будем стараться соблюдать нормы проведения. Вопрос первый. Кто инициатор данного проекта, Саймон? - после услышанного вопроса, юнит сам понимал кто, но ему хотелось услышать это от Саймона лично. Заключённый с безжизненным взглядом посмотрел на пол перед собой, но сотрудника это никак не тронуло за душу, даже не глядя на то, что перед ним заслуженный лоялист, пусть и не самый лучший, да и к которому он испытывал дружескую симпатию.

    – Я - инициатор проекта. - кратко сказал Саймон, проглотив скопившуюся слюну в горле. Это было сказать довольно сложно, ведь никто еще на него так не давил за последние месяцы своего существования… хотя правильнее было бы сказать за последние годы своего существования.

    – Вопрос второй, Саймон. Сколько времени вы работали над этим? Как долго вы скрывали эти работы?

    Саймон поднял медленно, но верно свой взгляд на горящие пламенем окуляры, сквозь комок в горле выдавливая одну фразу: “С-с нач-чала об-бучения.” - сдерживая свои слёзы, мужчина глянул на пол, но лишь не глядя на фигуру перед ним. Это напоминало отчитывание сына, а роль отца перенял 625-й. Можно было заметить, как юнит сжал сильно свой правый кулак, до хруста перчатки. Все же за некоторое время работы до этого юнит явно проникся личностью допрашиваемого, хотя поводов для разговоров и знакомства у них было совсем немного. Испытывая все большее разочарование в Келлари, юнит задал следующий третий вопрос.

    – Вопрос третий, Саймон. Каковы цели вашего проекта, и чем занимались ваши сообщники? - ответ на этот вопрос не заставил себя ждать. Интерн продолжил что есть силы толкать свою речь вперёд разума, ведь думать уже было трудно, и лишь желание поскорее все закончить стремилось бесконечно ввысь. Каждое упоминание его имени лишь сильнее било ему по ушам.
    – Всё ради того, чтобы... спасти жизни старшим, как вы. Наша разработка бы подарила новые обновленные органы, что так нужны для продолжительности и спасения ж- жизней... Мы собирались сделать их минимально по затрате для создателей конструкции... Мы бы... Мы... Вы бы пересмотрели наш готовый проект, и дали бы согласие! Поймите, мы хотели заслуги перед обществом и Альянсом. Ничего плохого сделать мы не...
    - и в этот момент, когда Келлари начинал мямлить, подполковник грубо выдохнул, и резко стукнул берцем левой ноги по полу, перебивая растерянного мужчину, что в душе был испуганным, забитым мальчиком.

    – Не тратьте силы на излишние объяснения, Саймон. Мне нужны четкие ответы на четкие вопросы. Вы сами виноваты в происходящем и должны храбро принять последствия. Четвёртый вопрос. - делая паузу, юнит заметно напрягся, своим взглядом сверля морально слабого оппонента, чуть ли не вынуждая себя на более строгие меры в расследовании. Все же жалкий вид сотрудника влиял на опрашивающего, хоть и очень незаметно.

    – Откуда были взяты материалы для проекта, Саймон? Вам не выделяли подобного! Своровали?! – громко проговорил опрашивающий. Саймон чувствовал тягость своей души, глядя на серую комнату. Все окружало неприветливо главного героя, и тот не смог и слова выдавить. По его взгляду читалось то, что он в отчаянии от всей ситуации, и в диком стыде, в первую очередь перед своими товарищами, а после и перед полковником, в осознании тяжести преступления.

    – Повторяю вопрос, откуда были взяты материалы для проекта?.. - все продолжая давить на сотрудника, юнит испытывал только разочарование при взгляде на, казалось бы, перспективного рабочего, глядя прямо в глаза сквозь свои окуляры, будто выжигая из Саймона остатки уверенности и способности противоречить.

    – Л-лаборатория для практик, оттуда мы изъяли вещи. Макет сердца, оксигенатор, и пару книг... П-пожалуйста, простите меня, я ведь не хотел ничего плохого, пожалуйста, р-решение по ситуации можно еще пересмотреть!.. Слышите? Прошу!.. - говорил парень с нарастающей паникой, подводя внутри себя черту всей тяжести и безысходности своего положения. Он всеми силами пытался давить на жалость, он пусть и не считал по натуре себя таким человеком, но тут стоит вопрос его существования.

    – Последнее предупреждение, в ином случае разговор будет окончен, чего бы мне не хотелось. Если вы считаете, что поступили правильно, мы можем не продолжать тему разговора и прийти к приговору… Что за инцидент был между вами и Кертисом? - последний вопрос был, пожалуй, легче всех предыдущих, и Саймон лишь спустя пару секунд молчания набрал воздуха в легкие, а по глазам покатились слабые, но всё же горькие слёзы.

    – Он начал говорить, что я виноват, что я ими насильно руководил… Спасали от бед, давали мне шанс, когда можно было этого не делать. Я не оценил этого, и хотел дать отпор. Нет, мы не дрались, просто поссорились и не более, это обычная ненависть не переросла бы в подобное... Я около года уже служу Альянсу и остаюсь до сих пор хорошим сотрудником... Это всё, благодаря только вам, именно вы помогли мне дойти до этой точки, и сейчас... Когда всё так близко к окончанию, все испорчено. Я-я осознаю вину, что начал делать не одобренный проект. Вы говорили, это затратно и никто не будет заниматься подобного рода операциями, но м-мы с моими коллегами мобилизовали и упростили процесс создания и имплантации до максимума, всё сделали для т-того, чтобы ваша вера вернулась в наш проект. Мы бы показали его, законченный именно для вас, 625... Это всё было для того, чтобы показать, что мы полезны общему делу!.. Прошу, поверьте мне! – проговорил жалобно Саймон, в последнюю фразу влив все мольбы, что он только мог. Юнит учтиво и молча слушал, глядя то на Саймона, то в сторону, встав перед тем максимально поравнявшись, как по линейке. Выслушав каждое слово, юнит перестал грубо сжимать свой кулак, на момент почувствовав что-то иное. Это чувство было похоже на что-то между пониманием и даже состраданием, что было не свойственно испытывать юниту после долгих лет службы. Двоякое состояние, когда даешь человеку шанс на его тщетное и болезненное существование, тем самым даря возможность обрести вечные муки и без смертельного исхода.

    – … Мхм, условно, на это наш допрос должен был закончиться, Саймон. Но я не удовлетворен этими результатами. - неоднозначно сказав последнее слово, уполномоченный приподнял свою правую, сжатую в кулаке руку, а Саймон же сдерживал слезы до последнего, но всхлипы были довольно слышимыми, специально для стоящего. Подполковник испытывал легкое отвращение от осознания моральной слабости человека напротив, хоть и жалость никуда не исчезала, а после стал подходить к нему, сокращая расстояние четкими, твердыми шагами.

    – Знаете, вы забыли сказать самое главное. И я хочу это услышать, я хочу услышать настоящую правду, сокрытую за всеми этими слоями лжи. — Саймон подсуетился, встав поближе к стене, позади себя, глядя на юнита. Человек в обмундировании же, стоя на длине вытянутой руки, сделал резкое и неожиданное для ботаника движение. Мгновенно его правая ладонь резко вошла по правую сторону, оставляя жесткий хлопок тыльной стороной и красноту на щеке нытика. Любой мужчина, перейдя определенную черту, по натуре становится женщиной и сейчас Саймон не являлся исключением.

    - Говорите! Что между вами и Алишей! Думаете, я не заметил всех этих… всех… процессов между вами?! Думаете, что не заметил того, чтоб вместо исполнения своей работы вы гонялись за какой-то потаскухой?! — на имени женщины сердца Саймона командующий сделал особый акцент. Сам же он явно испытывал боль и разочарование. Скорее это было вызвано разрушением всех надежд хотя бы на одного сотрудника.

    Вьюга за пределами тюремного блока разрывалась, а свет мигал еще сильнее, ассоциируя состояние души как юнита, так и Саймона. Упавший от удара на койку, Келлари лишь приложил туда свою левую ладонь, чуть не крича от неожиданного поворота событий. Тот зажмурился и не смог и слова выдавить, а юнит же продолжил.

    – Ваш допрос лишь начинается! И в ваших же интересах отвечать мне честно! – после чего последовал ещё один удар, но с ноги и в живот жертвы, Саймон в свою очередь сжался от удара. - Ну… Не испытывайте моё терпение, оно уже на подходе к концу! Я не думал, что дойдет до этого, но вы, вы меня так ударили в спину! Вы здесь виноваты и только вы! А страдать из-за этого придется мне! — казалось бы, от такого громкого тона подполковник будет способен оплевать Саймона даже через маску.

    Шокированный и испуганный Саймон закрылся руками, пытаясь выговорить слова в попытке избежать печальной участи.

    – Постойте! Перестаньте! Что вы… Что вы делаете?! – уже не зная, как отбиться от следователя, Саймон не мог совладать с ситуацией — Я знаком с Алишей всего две, две недели! Что-о вы от меня хотите?!

    Но юнит был не промах, тот замечал их связь, когда еще курировал их небольшую группу. Тот был ослеплён не только своим поражением, своей неудачей в исполнении задачи по подготовке команды, но и тем, что ему лгут. Вранье идет не от какого-то гражданского или определенного лица, а от его примера хорошего сотрудника Альянса. Буря эмоций в столь, казалось бы, в холодном человеке, чье лицо скрыто под тонной снаряжения.

    – Саймон, как вы не понимаете, инстинкты… Они заставляют вас мне врать! Вы же понимаете… Понимаете, что за отказ в содействии… — после, пауза довольно короткая, после которой он резко сделал удар той же ладонью, прямиком по незащищенному виску великомученика. Далее он мгновенно утихомирил свой тон, хоть и мимолетно — … вас ждет отсечение. И я этого совсем не желаю.

    Делая паузу на одышку, юнит смотрел на то, как лицо Саймона обретает паническое и расстроенное состояние. Сам же тот сжал ладонь, обретая форму грозного кулака, добавляя уже громче свою лепту:

    – Вы!.. Я вам доверял, я поверил в вас, Саймон. Почему… Почему вы так предательски отнеслись ко мне?! Покровитель с ним, с этим проектом! – делая паузу, кулак трещал, а перчатка зловеще будто в тисках, сжималась от силы богатыря – Ваш проект стал дороже моей репутации, нет, нашей репутации!

    На лице Саймона были чуть ли не реки слез и небольшие синяки, а также капли крови. Шумоизоляция подавляла большинство вскриков и всхлипов. Ученый не был готов к обороне, ему никогда не говорили даже, что подобное происходит и вообще может произойти с таким как он. Саймон, подобно домашнему цветку, не знал того, что часто испытывают дворовые сорняки.

    – Почему!? Почему я должен что-то доставать из вас сам! Моя команда Научного Отдела будет расформирована, мне придется отчитываться за этот провал своей головой и все из-за вас, Келлари!.. - сделав еще один крепкий удар, с тяжелого кулака в локти забитого, от чего подполковник раскрыл оборону туловища Саймона, который сильно зашипел от боли и вдался в абсолютное отчаяние.

    – Я её люблю! И она меня тоже!.. Пожалуйста, не надо! Не надо нас разлучать! делая паузу на одышку, тот с покалеченным телом, закрывался и забивался в углу на койке, начиная выкрикивать далее — Кертис не виноват! Я хотел… Хотел сделать этот проект лучше прежней презентации!.. Я признаю вину, пожалуйста, я не...

    И вновь, монолог прервали резким ударом с кулака, но уже в стену, прямо со всей силы, чуть ли не выбив её защитное покрытие. Следствием этого удара стала микро-трещина, и тут же Саймон замолк от страха. От подобной силы, Келлари тут же потерялся в пространстве, испытывая явный категорический страх от происходящего.

    – Вы… не просто позор всего отдела… Я не просто от вас избавлюсь, я заставлю вас понять вашу вину в полной мере. Мы ведь… Мы же могли даже подружиться, мы бы могли и далее вести это дело, я бы помог с этим злосчастным проектом, если бы вы это не скрывали, но нет… Надо было сделать по-своему, подставив меня в первую очередь! А обо мне и своих товарищах вы не думали, а?! — добивая беззащитного ударом в губу, интерн сжался от боли, в позе эмбриона, закрыв свои измученные глаза. Удар пришелся от кулака, собственно не со всей силы, но довольно грубый и жёсткий. Всё же юнит боялся переборщить с причиненным вредом Саймону, такой слабак мог уже давно помереть от столь серьезных ударов, но и смешанность чувств не позволяла того полностью держать себя в руках. Хрипло дыша, Саймон уже не был в состоянии говорить, лишь проглатывая частично свою кровь, что вытекала с губы, а половину и вовсе сплевывая на койку перед собой.

    — Это последний ваш шанс уйти живым… Потому-что моя жизнь под большим вопросом, а вот ваша, Саймон, еще может измениться… - сказав холодно последнюю фразу, уполномоченный выпрямился в спине, доставая со своей кобуры правой ладонью револьвер. Медленно, но четко, послышался звук перезарядки и раскручивание барабана. Дуло наведено прямо на голову ботаника, что сейчас находится в красной зоне.

    – Юни-ит… Алиша… Она-а… - смог вытянуть из себя эти слова Саймон, рука не дрогнула у сотрудника от этого, и тот все целился готовясь к выстрелу и окончанию всего цирка.

    — По… по… пож-ж-жалуйста, е-е… если-и убьёте… Отдайте ей… э-это… - после кое-как сказанного, Келлари достал из своего халатика записку, ту самую, что писал еще глядя на площадь, сжимая её в своей трясущейся от боли и страха ладони. Она тут же упала на пол, в своем состоянии Саймон даже листик подержать не смог, прямо перед ногами подполковника. Облаченный в броню лишь опустил взгляд на текст, читая тот. Содержимое лишь тонко растрогало его холодный ум, и его рука стала не уверенно держать оружие, от чего дуло револьвера незаметно тряслось. Командующий лишь слегка повернул окуляры в сторону от страдальца, грубо выдохнув и заскрипел вокодером.

    – Никогда больше вы ее не увидите. Считайте, что это платеж за все то, что вы сделали, этого даже близко не хватит, но считайте это моей милостью и будьте благодарны, так сказать, за бывшую дружбу… - закончив на этом, уполномоченный спрятал револьвер обратно на крепеж, покидая данное помещение и оставляя Саймона на съедение своим же мыслям, лишь сказав перед выходом последнюю, человеческую фразу по отношению к интерну. – Мне было приятно с вами иметь дело, до этого момента… Тот Саймон уже мертв, и я очень сожалею. Надеюсь второй шанс у того выпадет, чтобы показать, что не зря я отвечу своей головой…

    Видение.

    Короткий сон, а может и измененное воспоминание, посетило разум человека, забитого в сырой комнатке.

    – Гражданин Саймон Келлари, верно? - прозвучал голос вопросительной интонации из ниоткуда, в абсолютно темной комнате, и лишь одна лампа освещала с потолка столик и стул, на котором находился Саймон.

    – Верно. Номер #62521. Чем я могу быть п-полезен? - спрашивая с неким волнением, сидел паренек обхватив свой чемодан на коленках. Перед ним сидел какой-то сотрудник напротив, с серыми окулярами и тяжелым бронежилетом, но голос был явно не его. Скорее всего, ему даже было все равно на этот сбор, и он был якобы следящим за тем, чтобы приглашенный ничего не выкинул.

    – Мистер Келлари, что вы имеете из собственных заслуг? - После чего, послышался моментальный ответ, пусть и не собранный. Келлар говорил быстро и растерянно от своего волнения и энтузиазма, в нем сочетался одновременно страх за то, что он скажет лишнее. Однако, был страх и за то, что он может не понравиться тем, кто его пригласил в допросную

    – Написанные книги… Участия в Бригадных Работах… Уровень лояльности и-и-и высокая квалификация... - выслушивая все вопросы, были и моментальными сами ответы неизвестного голоса, что продолжал так же задаваться насущными ему вопросами

    – Как вы считаете, ваша книга, которую вы написали о чудесах организма… Она действительно несет в себе посыл о том, что организм можно улучшить не просто здоровым образом жизни, и все имеют второй шанс даже со смертельными заболеваниями? - после чего на вопрос был получен ответ, с дрожью в голосе у сидящего, ведь он пока не понимал сути вопросов, и того, почему их задают именно ему

    — Д-да. У меня есть теория, что-о... Э-эм, можно улучшить организм имплантацией, а также видоизменением органа... Даже же в эфирах говорили, ч-что такое уже будет возможно… - ненадолго голос из потустороннего затих, что по звучанию невозможно было определить, девушка или же мужчина там говорил, а фантом все так же бездушно глядел из темноты на сидящего труса, держа свою руку на левом бедре с револьвером

    – Хорошо, как вы относитесь к нынешнему положению в поликлинике? Что хотели бы изменить в плане профессионального подхода... - пробежавшись глазами по помещению, кое разглядеть нормально не удавалось, работник поднял взгляд на потолок, обдумав все в своей кашеварне и выдав следующую фразу с запинками

    – Я-я… Ну-у-у… Я бы хотел там улучшить склад, в плане припасов, я замечал недостаток помощи нуждающимся, а также... Квалифицировать всех работников до допустимого уровня, и работать больше в одну сферу, для большей ее развитости-и-и. Э-эм…

    Фраза была будто заучена для обычных опросов сотрудниками ГО. Опять же, пауза, и продолжение голоса из динамиков, что судя по всему был безразлично настроен к потенциальному работнику.

    – Говорят, вы получали лояльность за не одну Рабочую Фазу, а также выездную бригаду. Ваша задача была там такой, что вам приходилось выступать даже в роли полевого медика... Всё верно? - спустя пары секунд, паренек покивал головой и немного замолк. Все же он вспомнил, что общение ведет не просто какой-то сотрудник, а скорее следователь, Саймон быстро ответил: “Д-да!.. Да... Мхм, я участвовал там, и всё закончилось очень хорошо”.

    Елозя на своём месте, сиделец поправил свой чемодан с неизвестным содержимым внутри, ожидая дальнейшего вопроса. С неприятным шумом и писком микрофона к тому подошел какой-то человек, что тоном низким и гипнотизирующим продолжил.

    – Представьте, что вас пригласили на работу, где вашим навыкам дадут раскрыться в полную меру. Вам предоставят курс обучения, а также гарантию на то, что у вас будет четвертый или даже пятый уровень лояльности, не без привилегий. Вы бы приняли данное предложение? - на последний, финальный вопрос, Саймон начал сводить логическую цепь, понимая, к чему вели все вопросы. Об измененном голосе спрашивающего он решил не спрашивать. Спустя секунд так 20-30 молчания, динамик вновь повторился: Гражданин Саймон Келлари #26521, так да или же нет?

    Послышался вздох задумавшегося и после опущенный взгляд, что глядел непрерывно на столик. Явно ожидался ответ, а растерянный Саймон собрал волю в кулак, после твердо, по крайней мере насколько это только возможно, заявил следующее: “...Да”.

    Это слово было произнесено настолько обдуманно, насколько это было возможным. После чего, динамик спустя пару мгновений, выключился. А Фантом тем временем, убрал руку с револьвера, поднявшись из-за стола, проговаривая: – Допрос окончен, свободен.

    D7B3D699-3B80-4945-AD2D-E38BF7950D38.jpeg

    Мрачная реальность.

    … Эту ночь, мужчина не спал от слова совсем, и видимо тот немного простыл, ведь лежал тот на полу в позе эмбриона, дрожа от холода и страха. Потерять всё то, что ты добивался месяцами или даже годами, своим честным трудом, боясь потерять что угодно из этого, и сейчас, на финишной так все оборвалось... Что даже Саймон до сих пор не осознает всего того, что с ним происходит.

    Время шло, и вот, эта самая дверь, вновь распахнулась, впустив свет в эту темную камеру из коридора. Силуэт этого самого человека, что именуется подполковником Гражданской Обороны, смиренно оглядел лежащего: “Гражданин Саймон Келлари #26521, встать лицом к стене”, - голос, довольно беспощадный и громкий, обрушился на сонливую душу мужчины, которого сейчас таковым сложно назвать. Подполковнику было больно общаться уже с заключенным. Поднимаясь с пола и цепляясь за каждый выпирающий кусок на стене, пленный, еле держа себя на ногах, уперся лбом в стену, облокотившись руками и всем весом тела на стену, тяжело вздохнув после ртом. 625 же держал стяжки, которыми он соответственно решил воспользоваться. Подойдя со спины к человеку, юнит принялся вытягивать его худые ручонки за поясницу, затягивая оные в тугое приспособление. После чего, Келлари не успел и ахнуть, как ему на голову надели мешок, а снаружи послышалось шипение вокодера. Прошло пара минут, пара звуков и скрежетов, лишь это мог слышать человек, чувствуя рассечение ветра по-своему лицо и одежде. Тем не менее, послышалась фраза и гул какой-то техники: “#625-й. #26521 -70 ОЛ. Депортация по решению администрации сектора. Причина: Перевод в НО ИСС-17”. После чего, мешок с его головы был успешно снят, а позади остановился металлический поезд, судя по всему приготовленный для гражданского: “Гражданин Саймон Келлари #26521, было принято решение о вашем переводе в НО-ИСС Сити-17 под руководство тамошнего Смотрителя. Ваше обучение будет завершено там же. Объяснение решения не прилагается, так как над вами будут работать уже непосредственно там… Надеюсь, хоть там вам будет по пути. Прощайте”, - это была довольно ожидаемая фраза, что заполнена грустью и действительно прощальным контекстом, которую так жаждал услышать Саймон. В его душе появились отголоски боли и виновности перед всеми, эта ноша и отяжелела на его слабой душе. К этому моменту его волновал лишь вопрос собственного выживания, но чувство грешности не покидало его никогда. Кто знает, что будет с юнитом, но далеко ничего хорошего вовсе. Все произошло слишком быстро этим днем, он толком ничего не успел осознавать. Видимо, на него не было времени разбираться, и эту задачу свалили на небольшое отделение в захолустье Сити-17 под руководством старых сотрудников, где из Саймона и должны будут сделать прилежного, беспрекословного работника. Его упаковали в поезд, посадив в стальную люльку для обездвиживания, и перед тем, как поезд закрылся, Саймон лишь успел задать спешный, громкий вопрос, который неожиданно ударил в его сознание: “Алиша!.. Можно я её увижу?” Да вот только никто и не дал шанса даже на подобное, провожающие пара окуляров лицезрели закрытие поезда, и гул машины, что говорил об отбывании на другую станцию: “Нет! Стой!” - Послышался криком во весь открытый рот, голос, что отдался эхом по закрытому пространству. “Алиша! Алиша!.. Я не хочу уезжать! Прошу тебя, 625!” - продолжал кричать человек, дергаясь из стороны в сторону на своем временном месте содержания. Тяжелые условия жизни и неподготовленное состояние Саймона выбило из него все мысли о самом ценном, что у него было, а осознание о своих деяниях пришло слишком поздно. Однако, уже поздно метаться, решение отныне считается принятым и утвержденным.
     
    Roshka, Горелый, картошка и 3 другим нравится это.
  2. Ryhizuke

    Ryhizuke Member

    40
    99
    18
    Воспоминание.

    77E22B21-4F5F-4A97-9713-6E722180761B.jpeg

    Стоял дивный, солнечный день. Явление настолько редкое, что Саймону очень повезло это увидеть. Чистое, ясное небо освещало переулки и улицы города. Этим временем, новое сборище людей находилось в лекционной. Таких в Всеобщих Учреждениях было предостаточно, сотрудники прошлого решили учредить эти предприятия для постоянной подготовки и переподготовки научного состава. Саймон и другие были лишь очередными кандидатами в разные отделы, проходящими через это. Лекционные стояли все в ряд, как по линейке, у Саймона основной была номер 203. В ней проводились работы юнитом 625, который был известен своей благосклонностью к ученикам. Особенно к трудолюбивым. Обширная и широкая, как амфитеатр, все строилось вокруг “сцены” для ведущего. Столы были из приятных материалов, все было сделано для удобства учащихся, чтоб те не испытывали дискомфорта. Альянсу нужны были спокойные и подготовленные сотрудники. Лекционная не была забита даже наполовину, так что проводящий сегодня мог спокойно обойти всех и сразу. Куратор, чей номер все так же был 625, проходил меж рядов и раскладывал научный материал каждому из интернов, проговаривая: “К вечеру ожидаю решение. Прошу вас не подвести меня и руководство. Выполняем”. После чего юнит в строгом одеянии объявил окончание мероприятия, большая часть интернов вышла, Алиша и Кертис сидели на фоне, а Саймон все так же был впереди и дописывал конспекты. Подполковник прошелся к работящему и похлопал его по плечу. “Неплохо справляетесь, Келлари. Наивысший балл вступительного, может какие-то старые Смотрители вами и заинтересуются. Я составлю рекомендательное, только не вставляйте мне палки в колеса. Выйдем же, поговорим?” – достаточно четко проговорил подполковник, после предлагая отойти. Саймон лишь на секунду блеснул глазами, но решил оставить восхищения и прочее на потом. Тот одобрительно кивнул, а 625 вместе с Саймоном двинули к выходу для разговора.

    На выходе за лекционную, юнит лишь посмотрел на интерна перед собой, проговаривая следующее: “Саймон, ты заслужил.” – тут же, в ладони Келлари была вложена открытка, спокойного сероватого цвета. Перчатки куратора осторожно оставив презент, устремились за спину. Лицо ученика выражало неимоверную радость, прикрытую под пеленой строгой серьезности. Одновременно с этим он был явно смущен и это было всё же заметно. Признательность от командующего его немного вдохновляла. 625-й, перед тем как окончательно уйти, добавил напоследок следующее:

    – Келлари, вы лучший из группы, это факт. Хочу сообщить, что мои надежды на выполнение наиболее важных проектов перейдут на ваши плечи. Все материалы, что я вам даю, все задачи - все делаете вы на отлично. Скромный, и тихий человек, именно таких и любит Альянс. И таких учеников люблю и я. Надеюсь, мы еще с вами увидимся в лучших условиях, когда вы будете в положении полноценного сотрудника… – после сия монолога, учёный лишь робко кивнул и довольно неловко заулыбался, провожая взглядом радостного, но всё же сдержанного юнита. Интерн вернулся обратно в лекционную, спрятав перед этим открытку в халате, чтобы далее выложить её незаметно на столик.

    Алиша улыбалась, общаясь с Кертисом о чём-то, а Саймон же молча вернулся в лекционную и продолжил работать над своими документами. Девушка поначалу не замечала паренька, за глаз не зацеплялся, но как только она повернулась на того и рассмотрела повнимательнее... Что-то в её голове щелкнуло, переклинило, от чего та мгновенно обратила на него все свое внимание.

    — Эй, парень, а как тебя звать? — проговорила Алиша достаточно громко. Из подобной фразы можно понять, что Саймон не очень любил находиться в обществе, ему было гораздо приятнее в среде книг и работы, поэтому тот толком не знакомился со своими сокурсниками. Чернокожий, внезапно с улыбки своей перешел на чуть более серьёзное выражение лица, глядя на заинтересованность девушки.

    – С-саймон. - ответ был кратким и отрывистым, будто тот стесняется, либо же не желает общаться лишний раз. На его бледном лице были слабо подчеркнуты веснушки под глазами, волосы кудрявые, не пышные, русого цвета. Это всё хорошо подчеркивалось на свете, одежда же его была максимально чистенькая и глаженная. Осанка ровная, аккуратные уши и небольшой нос с прямым углом, голубые глаза, и никаких признаков акне или же отсутствия должного слежения за гигиеной. Видимо, этот человек за собой отлично следил, нежели чернокожий, у которого была и небольшая сыпь на лице, горбатенький нос и отнюдь не белоснежные зубы.

    Сказать, что Алиша влюбилась с первого взгляда? Вряд-ли, просто лицо у Саймона такое... красивое, наивное, спокойное, оно и тянет к человеку на разговор. Она им точно заинтересовалась.

    – Меня Алишей звать. А это Кертис, мой друг, с одного сектора прибыли. - проговорила особа. Карие глаза, небольшой румянец щёк, гладкая кожа и аккуратные губы. Уши были прямыми, соответственно и нос, возникало ощущение, что её красота и ухоженность не подлежат научному объяснению! Они оба столь идеально подходят друг для друга, что тут нет особых сомнений. Такие уж люди, могут влюбляться с первого взгляда, так и ненавидеть. Что сразу стало ясно, Кертис абсолютно не оценил подобного контакта и заранее имел на Алишу “планы”, но какой-то ботаник неожиданно стал препятствием.

    – Эй, Алиша, ты чего мешаешь ему? Пусть дальше работает, может еще и за нас поработает... - будто бы в шуточной форме выразился черный, даже саркастической, а девушка посмеялась над глупенькой фразой, убирая взгляд от Кертиса совсем, что явно пока не был рад такому «третьему лишнему». Глядя в своё скрепление листов, Саймон уже решил менее половины, а эти двое лишь только начали приступать. Саймон в целом не очень любил такой типаж людей как его потенциальный противник Кертис, такие как он «жиреют» от своего статуса лояльности, либо постоянно вставляют свои пять копеек туда, куда лезть не стоит. Не очень понятно к чему Кертис избрал путь ученого, если мог податься в очередные чиновники ГСР и жить себе припеваючи. Тем не менее работать Кертис не спешил вовсе, даже понимая, что у него в запасе где-то четыре часа. В какой-то момент девушка резко приподнялась из-за стола. Алиша покинула лекционную, пройдясь правой ладонью по плечу Саймона по пути, видимо давая тому намёк. Получив этот знак, Саймон приподнялся через секунд так 20 с места, а чернокожий, заметив это, грубовато задал вопрос: “И куда это ты собрался?”. Немного вздрогнув, мужчина повернулся левым полубоком к ревнивому афро, который в свою очередь ожидал ответа. К этому моменту, девушка так же резко вернулась и села на своё место близь Кертиса. Ревность резко ушла, видно чернокожему стало всё равно, раз его пассия не падает ярких признаков внимания. Келлари был явно в замешательстве, но всё же решил покинуть лекционную. Выходя из той, он замечает листочек, прямо у выхода. Случайно наступив и уже явно обратив внимание на хруст бумаги, интерн пригнулся, поднял его с пола и мысленно зачитал текст: ”Саймон, я бы хотела с тобой пообщаться получше. Прости, что так неудобно, но, сможешь выйти со мной до прихода куратора в соседнюю комнату?”. Саймон учтиво внял текст и задумался, приняв решение от послания избавиться, такого рода отношения абсолютно не приветствовались в среде обучающихся. Что для молодого человека ожидаемо, от случайной встречи с представительницей женского пола он решил не отказываться и пришел в назначенный срок. Так и началось общение абсолютно незнакомых людей, случайно попавших сюда.

    Чернокожий не переставал ревновать, а девушка не переставала любить Келлари, что ей так понравился с первого взгляда. И в какой-то момент роковой день, который был относительно недавно, Саймон смог выговорить все Кертису. К чему же это всё привело? К концу. Этот конец, что является настоящей трагедией для Саймона, больше никогда не даст права вернуться в свой сектор, увидеть свою возлюбленную. Что же их ждёт? Неизвестно, но Саймона ждало одно – новая жизнь, несмотря на её горькость и тяжесть. В такие моменты ужасно хочется потерять память, но и этот дар Саймону не получить, как минимум в полной мере, его способности и жизненный опыт все еще нужны Союзу Вселенных.

    40C91D21-02E4-43F9-B992-08A30421B609.jpeg

    Эпилог.

    Подполковник глядел в терминал. С ним на связь вышел представитель Индустриального, впрочем, он не ожидал сотрудника НО к ответу. Думал, что ответит кто-то другой, хотя с структурами научных отделов близ столицы он не знаком. 625 не очень понимал к чему конкретно такой интерес к Второму и Восьмому сектору, но ему отвечали, что это не его дело. Это наводило на него еще больше сомнений и неуверенности в себе. На такие сложные ситуации обыкновенно отвечали местные командующие гарнизоном ГО, хотя это может сделать и управляющий отдела. Безымянный Смотритель явился к экрану, тот внимательно осмотрел запросившего, как бы молча ожидая вопроса. Взгляд у него был уставший и абсолютно не удивлённый вызову. Для него подобные операции проводились не в первый раз.

    — Служу Альянсу, товарищ Смотритель. Запрос внештатный, ситуация серьезная. Командование согласилось пересмотреть некоторые вещи, но по интерну Келлари нужно принять какое-то решение… Вы прочитали детали, никаких вопросов?

    — Ам, нет, какие вопросы тут могут возникнуть, 625. Приказы свыше не оспариваются. Примем кандидата уже у нас, он не столь проблематичный, чтоб его закидывать в топку. Можете не беспокоиться об этом.
    — довольно размеренно проговорил Смотритель.

    Рапорт о полученной информации с Келлари был рассмотрен и командование 625 приняло решение, что случай еще не безнадежный. Это же по сути и повторил Смотритель. Но необходимо принятие некоторых мер для продолжения Саймоном его работ, что отдано уже на распоряжению тамошнему отделу. Услышав ответ, подполковник в глубине души успокоился, а на деле одобрительно кивнул Смотрителю, прекращая удаленную связь. После же, послышался скрежет какого-то металла, видимо что-то открылось позади спины 625-го и послышался довольно тихий, неизвестный голос:

    – 625-й. На выход.

    Холодный, кровавый взгляд сверлил спину человека в снаряжении, а после тот как и следовало, стал поворачиваться, далее уходя из помещения где велась связь. Какова будет судьба данного юнита предугадать не сложно. Что с друзьями Саймона, думать даже страшно, кажется Келлари был единственный из своей компании, кто пережил тот день полноценно, хотя, может оно и к худшему? Не зря же тело отправляют в Сити-17, место не самое спокойное, судя по всему ждут мужчину не самые лучшие времена…

    ... неизвестное количество времени Келлари ехал в поезде, будучи уже глубоко погруженным в свои мысли. Несколько остановок по пути никак не отводили его внимания. Тело понимало, что его перевозят из точки в точку, обрабатывают, он просыпался и пробуждался, но ему уже было все равно. Ловкие сотрудники разнообразных учреждений фасовали его из точки А в точку Б, проводили хирургические вмешательства. Ясное дело, глава филиала, в который попадет Саймон, не очень хотел получить на руки нестабильного плаксу, да и причиненный серьезный физический вред не должен был оказать влияние на сотруднике, так что им занялись достойно. Настолько достойно, насколько это делают для потенциальных нарушителей. Тем не менее нет пути, у которого нет конца. Транспорт медленно начал замедляться, скрежет рельс ударил по ушам Саймона, двери начали открываться. Прямые источники света указывали на некие силуэты в костюмах, которые герой так и не смог распознать, будучи почти в бессознательном состоянии. Что же будет дальше? Примет ли свою судьбу Саймон, найдет ли товарищей по духу? Или попытается воспротивиться, встретившись с теми, кто уже пытался? Эти вопросы будут непосредственно решены тогда, когда он придет в себя и встанет на новый путь, ведь он уже не один.
     
  3. Ryhizuke

    Ryhizuke Member

    40
    99
    18
    Собственно, что меня сподвигло на написание данной квенты?
    Как минимум, я игрок, который желает играть. Я не просто прихожу для развлечения или же вреда для других.
    Моя цель – это творить историю, быть спокойным и адекватным, дабы я становился примером для многих.
    Собственно, мечтать не вредно, но я очень надеюсь, что когда-то обо мне скажут в хорошем свете.

    А теперь, краткие факты для рецензии:

    Количество слов - 8742.
    Особая благодарность - @Solnichko; @Eyeswon.
    Steam ID: STEAM_0:1:436083132.


    Я буду благодарить каждого, кто оставит свой отзыв здесь. Желаю вам приятного дня, и просто, чтобы все ваши мечты и старания не были напрасными!
     
    Rayman, Горелый, картошка и 2 другим нравится это.
  4. le alt

    le alt New Member

    0
    1
    2
    Да успокойся уже, твои квенты никому не интересны. А так квента сухая, второстепенные персонажи очень плохо раскрыты, диалоги постные и ни о чем. Следует добавить побольше персонажей и поработать над грамматикой! Хотя стоит отметить красивое оформление самой квенты, тут правда молодец.
     
  5. de.nw666

    de.nw666 New Member

    13
    12
    3
    Сразу скажу, что моя оценка является не беспристрастной, так как я испытываю к этому человеку симпатию и читаю все его рецензии на квенты.
    Начнем с отличных позингов, фотографий и оформления, заканчивая не банальной историей и хорошим сюжетом. Каждый персонаж, что-то из себя представляет и не является пустышкой, а диалоги красочные и конструктивные, грамматика на уровне. Но немного не понял концовку у тебя на сервере уже будут знакомые при заходе на чара?
     
  6. Ryhizuke

    Ryhizuke Member

    40
    99
    18
    Мой персонаж не будет знаком с кем-то в Сити Семнадцатом.
     
  7. Ryhizuke

    Ryhizuke Member

    40
    99
    18
    Пожалуйста, свяжись со мной в дискорд, у меня давно к тебе вопросы по поводу неприязни ко мне, на работу мою не сваливайте этот негатив. Грамматику я проверю, но в следующий раз прошу, не надо начинать свои рецензии с призыва «успокоиться». Это вообще не красиво как минимум, а в данной ситуации продолжается язва из Личных Сообщений и хейта моих отзывов о квентах. Еще раз повторю - в дискорд жду. На сервере зовусь как Vladimir_.
     
  8. -=Фербик=-

    -=Фербик=- Well-Known Member

    152
    5.995
    93
    Самому себя, увы, оценить трудно. Но благо вокруг есть множество людей (вот они, выше), готовое всегда прийти на помощь и оценить творчество критика. Скажу сразу - я не читал ни одного "обзора" на квенты от Владимира, наверное стоило. Я это к тому, что мое мнение по поводу квенты складывалось ровно в пределах данной темы.

    Первое впечатление от любой творческой работы должно быть безупречным. Это обеспечит бóльшую заинтересованность в квенте, удержит читателя с самого начала в интриге. Красивые описания, загадочные личности, зима, романтика. Прекрасно всё. Разве что обыденное "что бы не случилось - я люблю тебя". Градус заинтересованности вырастал с каждой минутой, рос экспоненциально, "вау" эффект от авторского стиля описания окружения. Я буквально прочувствовал, как лежал этот человек в дубленке на снегу, как он там умирал и как ему помогали. И я даже не буду, нет, ну не буду я говорить, что Райан Гослинг все таки умер в конце блядьранера
    blade-runner-blade-runner-2049-snow-winter-wallpaper-preview.jpg
    Мое извращенное представило это именно так. Смотрит наш главный герой свысока, да благие цели имеет - людям помогать да жизни спасать. И для этого подался он не в медицинский отдел (да простит меня мертвый Принтер) АСИС-17, а в отделение Научного Отдела, хайпово, модно и престижно. Сразу понял, при чем тут
    .
    И что же, спасал жизни? Ну да, вон, полевым медиком был, где-то там заслужил что-то, даже труд научный издал! Ну все, золотой человек - берем. И все бы ничего - деньги есть, баба появилась, статус, но человек так устроен, что чего бы он не добился сегодня - завтра ему этого уже будет мало. Ну и главгерою тоже мало - решил он взять (получить, исправьте если неправ) в подчинение себе девушку и негритоса, которые еще и вдвоем были в "все сложно" статусе. Бабе парнишка запал, и вот они вместе, втроем (а негритосу завидно и ревниво) трудятся над нелегальным проектом, на которое не было финансироания, но благие умы его делают и скрывают наработки под видом обычной деятельности в отделе. Спрашивается: а нахуя негритос молчал? Автор так старательно описывал всю ту ненависть и токсичность этого персонажа, что я вообще удивлен, как они не подрались! Сюжет в этот момент имеет форму следующую: "Вот значит вам завязка, никаких предысторий не дам, будьте в интриге". И это интересно! Я до самого конца ждал этого: "Ну кого же они поебутся Ну когда же будет сама суть человечности - ради людей, ради жизни он рисковал своими друзьями, чтобы...чтобы сделать сердце, но что сподвигло? Минточку, когда все это наиналось, я смотрел на уровень писанины и думал "Хочу так же!". А что по итогу? Альянс безосновательно запрещает убер-проект - "Импланты органов", за который должны дать премию. Может быть я слишком повстанец и неправильно сужу, но логики, лично я, не заприметил. И этот hole свел порядок роста функции к нулю. Она обзавелась знаком минуса и решила начать убывать, причем так же экспоненциально. В классе, где находятся, на минуточку, ученые, начался бардак, который мне напомнил мои школьные годы, когда на контрольных работах пытались списывать. А в роли преподавателя - эта несчастная БЕ. Начался дом2, скандалы, слезы, драки. Ну и конечно - турьма. В турьме началась драма - словно исповедь алкаша после пьянки "Да я так не буду больше, я не такой вообще, вы все не так поняли". Персонаж здесь показывается в великолепном контрасте с начальной сценой в башне: смотрит свысока на умирающего - забивается в угол и дрожит от страха. И здесь можно накрутить, что автор имел в виду, что систему не сломать, что она всех пережует и благодарность ее сводится к тихому и мирному существованию. Но думал ли об этом автор на самом деле или так просто получилось по чистому совпадению? Не важно, ведь все равно круто.
    Эпилог встал в горле как ком. Ну и где эта ваша суть? Зачем рисковать было ради сердца искуственного, если дурачки догадались его запретить? Да просто, по приколу. Что там за чертежи, откуда они, ящик блять какой-то, негра подстрелили, грамматика началась...ебаный свет.
    И вот наша функция зависла наконец-то, приняла стационарное состояние. С одной оси у нас неплохое повествование, авторский язык интересный, диалоги автор оформлять не умеет, но это не так страшно, персонажи вроде бы проработаны (Алиша только безликая, ну, характер что ли накиньте) да и вроде держало до конца. А с другой оси - сюжет с дырой, grammar (боже простите меня, я не столь придирчивый к грамматике, но ближе к середине, когда повествования и описания закончились - грамматика приняла) и вот это...вот это что такое?
    Это автор поясняет, для тех кто не понял. Только вот это должен пояснять текст, повествование, а не автор.

    Начали за здравие, а закончили за...
    2-130-1.png

    Действительно, лучше фразы и не подобрать. Делайте выводы самостоятельно
     
    Последнее редактирование: 18 дек 2021
    Eyeswon, Ryhizuke, Arno de Sante и ещё 1-му нравится это.
  9. Ryhizuke

    Ryhizuke Member

    40
    99
    18
    Благодарю за столь подробный отзыв. Грамматика правда хромает, это дело доработки. Персонажа можно пофиксить (Алиша), согласен.
    По поводу сюжетной дыры в эдаком «добровольном» проекте поясню так, что лишь сам главный герой шел к этой цели. Цель была в том, чтобы преподнести «запретный плод» с надеждой на его одобрение, аля «не повезло сейчас, повезет потом».
    Больше я пока ничего не напишу, еще раз спасибо, мне есть над чем поработать и увеличить свои шансы с «проходняк» на что-то более высокое.
     
  10. -=Фербик=-

    -=Фербик=- Well-Known Member

    152
    5.995
    93
    Я хотел добавить, но забыл. Там сверху опрос: Стоил ли тебе еще писать квенты? Однозначно стоит, что-то такое в этом есть. Грамматика это как довесок, серьезно из-за этого нет претензии, изначально все было приемлимо. Но ботан словно школьник "Рисковать, что-то там запретное придумывать, аля, вдруг премию дадут". Не дали, но хорошо, что не убили, как говорится. Ну и драматическое "ты никогда ее не увидишь, это твоя плата за то, что сделал" звучит круто. Только вот почему бы и не разрешить этот проект и не дать молодому ботану премию или там похвалить его? Как же все в этих ваших альянсах строго. Вот у меня в медблоке было все помягче, но я все равно в рукавицах держал своих подчиненных
     
  11. Ryhizuke

    Ryhizuke Member

    40
    99
    18
    Ученые как раз-таки СТРОГАЯ ФРАКЦИЯ, без преувеличений. Поэтому работа там должна быть тоже в СТРОГОМ состоянии. Никаких «я щас дам отказанный проект и получу премию» и «ща пойду сбегаю за газировкой на улицу вниз пока никто не видит».
    Типо что-то такого, ВЛ сам по себе серьёзный и сложный, а игра на нем не менее интересная, но пассивная. (Говорю то, что по наслышкам знаю.)
     
  12. Канцлер

    Канцлер Member

    5
    45
    13
    ВСТУПЛЕНИЕ
    Спустя, казалось бы, миллиард лет, я пишу здесь. Я думал, что местные "эксперты" распишут свою критику более подробно, но, по всей видимости, эту нишу занимать буду я.
    Квента Vladimir_'a/Thanos'a/Ryhizuke (кому как угодно называть) наконец получила моё заслуженное внимание повторно, с чем я могу действительно поздравить: некоторые работы до сих пор ожидают проверки и покрываются воображаемой пылью на таких же полках, ожидая оценки от полумёртвого меня — не понимаю, прикол ли ставить после "@" всеми забытого "_Only_". Я не хотел поначалу даже смотреть на очередную квенту для получения фракции учёного, так как ни у кого за последние два года это не получалось, увы, но из-за настырности самого автора я решился. Итог: получили в очередной раз что-то непонятное, но об этом в самой критике. Переходим к схеме разбора, которую я любезно предоставлю внизу:

    • Грамотность;
    • Сюжет;
    Всё просто и понятно, как и всегда. Начнём.
    ГРАМОТНОСТЬ
    Пропускал мимо глаз незначительные орфографические или пунктуационные ошибки в тексте, так как это свойственно каждому автору работы в разделе, да и попросту не привлекали внимание. Были, конечно, наставленные не так, как надо знаки препинания, их недостаток в частях текста, синтаксические и речевые ошибки, но это всё мелочи: претензии не к этому.
    Самым ужасным в тексте оказались огромные куски текста, разделённые абзацами, к которым автор прикрепил даже прямую речь, хотя, по правилу, она должна быть в другом абзаце. На протяжении всего повествования — точнее, в начале и середине — я то и дело видел это:
    Пропущено одиннадцать абзацев! Я всё ещё не понимаю, как можно было так плохо справиться с делением текста на части: это же просто — найти отличающиеся по смысловой составляющей куски и отделить их друг от друга. Прямая речь, записанная в строку, написана вполне правильно, но тут я бы всё-таки разделил их абзацами, потому что я ещё ни разу не видел именно такого оформления. Если ориентироваться по схеме, учитывая то, что прямая речь ставится в новом абзаце, то получится так:

    — Спасибо, — проговорила женщина, — ещё увидимся.
    Если писать по-простому — без кавычек и с тире перед началом прямой речи. Я даже заморочился и исправил этот несчастный абзац, упомянутый ранее, в качестве примера как надо делать:

    Самый первый абзац также разделён неправильно. Настоятельно рекомендую почитать что-нибудь по поводу деления на абзацы и про оформление прямой речи в тексте, иначе будут такие же проблемы. Жирнющий минус этому пункту и требование исправить это недоразумение в дальнейшем, если, конечно, будут ещё попытки. Собственно, на этом все претензии заканчиваются, а потому переходим к сюжету.

    СЮЖЕТ
    Зачин

    Начало хорошее: нам дают достаточно отчётливое понимание, где именно начинается действие, а именно Сектор - 2, Нексус Надзора, откуда и наблюдает за людскими душами ГГ, чью привязанность к некой девушке автор передал через письмо на бумажке. Не мешает и сцена с умирающим внизу мужиком, который от холода ушёл на тот свет — это относительно достойная добавка к сцене, дабы приукрасить текст, да и в целом именно это вызвало причину Саймону поразмыслить о смерти. Отлично, мы вникли в курс дела, проявились зачатки любовной линии ("розовые сопли", чтобы добавить драмы), за что ставлю плюс "Началу".
    Поплескавшись в водичке из описания, переходим к второй части зачина, где к персонажам добавляется Кёртис — человек, который любит Алишу, а та проявляет симпатию к другому. Стандартное клише. В общем, смысл этой неприязни передан не через мысли ГГ, а с помощью подсознания афро, приделывая к тексту некий переключатель "Кёртис — Саймон". Так передать характер и чувства персонажа не получилось, была вероятность запутаться, потому минус.
    О проекте — смысл его непонятен, я наблюдал исключительно описание аппарата и причины прятать дальнейшую работу над ним от глаз куратора в лице юнита. В чём предназначение разрабатываемого? Ответов в тексте я не нашёл до конца повествования, что превратило сердце с двумя трубками в бесполезную подделку из пластика — краеугольный камень развалился, обрушив и остальную часть конструкции под названием "логика". Зачем было рисковать, если даже сформулировать функциональную составляющую не смогли ни Кёртис, ни Саймон, ни Алиша? Сами же себе гвозди в крышку гроба вбивают, получается, при этом безо всякой цели.
    На этом моменте заканчивается ознакомление с сутью. Итоги: подано достаточно "жидко", идёт куча описания окружения, но это более-менее терпимо. Почти мгновенно выскакивает картина места действия, отношения между действующими лицами работы. Попутно с этим, через пласт текста прорезается крайне сомнительного вида проект, чьё создание ничем не обосновано, а его функции не раскрыты, тем самым превращая рискованный поступок тройки в лепку пластилина под дулом пистолета: слепишь хорошо — живёшь, плохо — пули в головы. Переходим к завязке.
    Завязка
    Учеников ловят с поличным и те сидят за столом, где мы узнаём, что Кёртис намеренно не спрятал чертежи. Причина понятна и обоснована — ревность. Переодевание в антагониста произошло успешно, сразу можно было принять негра как злодея, а потому вопросов не возникает.
    В помещение приходит четвёртый персонаж— 625-ый, который и раскрывает причину того, что ученики прятали от куратора макет сердца и нужные чертежи. Демонстративно разорвав перед Саймоном открытку и сломав аппарат, второй антагонист приказывает перевести горе-учёных в Тюремный Блок для последующего допроса с пристрастием. Это и будет кульминация, к которой я перейду дальше.
    Кульминация
    Допрос показан сплошным диалогом, автор сделал попытку навеять драмы, что у него, по моему скромному мнению, не получилось. Таким образом, Саймон попросту ослушался куратора и вновь начал работу по упрощению и снижению затрат на операции. Всё это крайне расплывчато: неизвестна функция аппарата, его работа, но почему-то его запретили, и Келлари пытается всячески его упрощать и вновь показать его 625-ому — не без помощи Алиши и друга-негра, который его впоследствии предал. А в чём смысл? Ради признания куратора и Альянса в целом ГГ мог бы приступить к работе над другим проектом и не пытаться улучшать старый, запрещённый к дальнейшему исследованию чертёж и макет, не подвергая при этом риску Алишу и себя. Каковы мотивы всей этой авантюры? Вопрос за вопросом ставят жирнющую точку в самом начале кульминации.
    Перевод в НО-ИСС-17 могу назвать дружеским жестом со стороны курирующего офицера, или его стремление сделать как можно больнее Келлари (ведь мы верим в "розовые сопли", и в то, что любовь может быть с первого взгляда), но мне смутно верится в то, что 625-ый, будучи сам на прицеле и в любой момент ампутированный за просчёты своих подопечных, не решил бы расправиться с причиной неудач раз и навсегда, дав предателю пулю из револьвера в лоб. Раз автор решил выбрать именно этот путь сюжета, опустив некоторые фрагменты информации, которые я получил из диалога, то, возможно, в ГОшнике проявился акт милосердия.
    Развязка
    Не совсем понимаю для чего нужно было практически в самом конце писать о воспоминаниях Главного Героя, после того, как его уже усадили первым вагоном ехать в ИСС-17 — относительно ненужная информация, если честно. Да, там есть раскрытие персонажа более подробно, как и курирующего 625-ого, Кёртис и Алиши, но это всё мы уже видели в начале, завязке. Повторение только помешало закончить как надо, а потому минус.

    ИТОГ
    Работа средняя, в ней много воды, есть раскрытие действующих персонажей (в какой-то мере), но отсутствуют необходимые детали. Плюс накрывается минусом и наоборот. Скорее претендует на ОТКАЗ, без возможности правок текста ввиду его объёма. Квента могла бы выйти меньше по объёму, это я могу заверить с точностью. Всего хорошего.
     
  13. Not Menners

    Not Menners New Member

    2
    4
    3
    Рецензия длиннее, чем легендарная квента на вайтлист гср..
     
  14. Blinchik

    Blinchik Active Member

    30
    170
    33
    Можно ли тогда доверять рецензиями Vladimirа, если у него всё отказы
     
    Nevix и Axxy нравится это.
  15. 2dany222

    2dany222 Member

    4
    41
    13
    Не стоит. Он чет похрюкивает порой, хотя квенты ему игнорируют просто. Чел максимально душный. Не советую с ним вести диалог:confused:o_O